- Ты совсем дурак или, наоборот, слишком умный? – высказался более недовольно мясник, размахивая при этом острым ножом в руках, жестикулируя при каждом сказанном слове. Казалось, он просто забыл, что держит в руках нож. – Ты посмотри на размер этих органов! Вот на размер глаз посмотри. – Мясник положил нож на прилавок и, забравшись в коробку руками, достал один глаз, прислонив его к своему лицу. Так, чтобы было видно, насколько тот глаз, что он держал в руке, был больше размером. – Если только это не какой-то здоровяк метров три ростом. А раз такой умный, пойдем я тебе телка покажу, которому эти глаза принадлежали, и сердце, и печень! – кричал мясник, совершенно не обращая внимания на взгляды прохожих людей. – Выдумал тоже мне, человеческие! Да если бы ты не работал сейчас на владыку, я бы тебя даже на порог своей лавки не пустил! – Мясник закинул глаз обратно в коробку и ушел внутрь своего домика, громко хлопнув дверью, забыв на прилавке свой острый нож.
— Прошу прощения! — произнес Винсент и, закрыв коробку крышкой, направился обратно в дом владыки. Сейчас он замечал, что люди смотрят на него как-то странно, провожают испуганными взглядами. Винсент обернулся и увидел, что они остановились, будто забыв о своих делах и о том, куда направлялись. Все они, обернувшись, смотрели на него. – Вы это что так на меня смотрите? – прошептал Винсент и, снова обернувшись вокруг себя, оглядел людей. Но они стояли словно неживые, словно кто-то управлял в эти минуты их разумом, заставлял вот так смотреть на него. И их взгляд, полный непонятной боли и страха, его пугал достаточно сильно. Снова сердце сжималось внутри, и комком к горлу подходило чувство тревоги. – Эй? – окликнул людей парень достаточно громко, но люди продолжали стоять и смотреть на него, они не двигались, не говорили ни слова, от чего становилось еще тревожнее на душе. Винсент прижал к груди коробку и быстрым шагом, перерастающим в бег, направился прямиком к владыке в кабинет. – Я принёс то, о чем вы просили, хозяин! – Винсент поставил коробку на стол перед владыкой и, опершись об угол стола в попытке выровнять дыхание, пригнулся. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, таким дребезжащим, как хрусталь в шатающемся комоде. – Надеюсь, это всё?
- Прекрасно! – Адриан поднялся со стула и снял крышку с коробки, положил её на стол. – То, что нам сейчас нужно. – Он достал из коробки достаточно большого размера сердце, разглядывая его внимательнейшим образом, от чего Ани стало немного нехорошо, и она, отшатнувшись в сторону, прижалась к книжной полке. Винсент заметил, что девушка не столько обеспокоена, сколько напугана сейчас. Но что она могла бояться? Она, которая служила хозяину верой и правдой уже не первый год и должна была привыкнуть к разного рода обрядам перед жертвоприношениями, сейчас тряслась от страха при виде сердца в руках Адриана. Что это могло означать? Винсент снова начал задаваться вопросами где-то там внутри себя. Ведь заняться расспросами он не мог. Не мог показаться сейчас слишком любопытным или тем, кто сует свой нос в чужие дела. Ведь, как правило, и те, и другие не жили долго. А потому он решил молчать и держать вопросы, что его разрывали на части, внутри себя. И надеяться, что он сумеет докопаться до сути и понять, что же происходит в этом доме, да и во всем городе. А между тем вспомнилась первостепенная причина его прихода сюда. Конечно же, побег из проклятого места! Точно! Надо узнать секрет владыки! Надо научиться быть невидимкой для лесных тварей! А для этого надо получить еще большее расположение Адриана, но как? Выполнять больше и больше его гнусных приказов? В голове у Винсента мысли, казалось, ссорились между собой. Казалось, уже начинается драка, отдающая болью в висках. – Пойдем со мной и прихвати коробку. – Адриан положил сердце обратно в коробку и, не накрывая крышкой, вручил её в руки Винсента. – А Ани пока что нам приготовит ужин. – Он бросил беглый взгляд в сторону девушки, которая, дёрнувшись и отступив сперва назад, качнула головой, а потом быстрым шагом покинула кабинет, отправившись на кухню. Винсент провожал её взглядом. Он понимал, что это хрупкое создание сейчас напугано чуть ли не до смерти. Что она в состоянии некой паники, потерянности. Что так чётко читалось в её глазах. – Пойдём со мной. – Адриан обернулся, окликнув парня, и тот, опомнившись, догнал мужчину, следовал за ним дальше по коридорам первого этажа. Они шли по коридорам правого крыла, что сейчас заставляло Винсента нервничать. «Неужели Адриан узнал, что я бывал здесь раньше? Неужели знает, что я видел Агату? Неужели он хочет меня наказать?» – бегали мысли в его голове, заставляя холодком страха пробегать по коже. Но вот Адриан остановился у одной из дверей. Винсент понимал, что до той комнаты, в которой жила Агата, надо было подняться на второй этаж и пройти мимо еще нескольких дверей и маленький коридорчик, а значит, можно было немного успокоиться. И вот Адриан достал ключи, что всегда носил с собою, и открыл эту дверь. – Эта дверь всегда заперта. И ключи всегда находятся при мне. – Проговорил Адриан, толкнув дверь и пригласив парня зайти с ним вовнутрь. – Это самое тайное место в моём доме. – На удивление Винсента эта дверь вела на улицу. Небольшой сад, полностью окруженный высокой оградой из колючих кустов, казалось, тянущихся своими плетями до самой крыши. Непонятной формы кусты, наполненные странными ягодами, окружали его. Ягоды, которые одним своим видом заставляли вздрогнуть, казалось, они светились красными и жёлтыми огоньками, напоминающими многочисленные маленькие глазки, наблюдающие за тобой. – Этот сад принадлежит нашей возлюбленной богине! – Достаточно тихо проговорил Адриан, показывая дорогу молодому человеку, зазывая его идти за собой. Казалось, он и сам боялся этого места, потому и старался говорить как можно тише. Казалось, при каждом сказанном им слове те кусты оживали, поворачивали свои ветви в их сторону, тянулись за ними, сгибались, из-за чего ягоды, что успели созреть, слетали с веточек и падали, ударяясь о камни тропинок, лопались и разлетались кровавыми пятнами. – В этом месте запрещено громко говорить или шуметь. – Прошептал Адриан, отодвинув ветку одного из растений, что тянулось к нему словно руками, желающими вцепиться в горло и задушить. – Иначе этот сад сожрёт тебя!