- Действительно страшно. – протянул Винсент. Сейчас этот блеск в глазах хозяина наводил лишь на дурные мысли. – Если можно, я пойду спать? – также протяжно он проговорил вторую фразу, вернув коробку Адриану в руки.
- Что? – захохотал Адриан, швырнув ту коробку на пол и приоткрыв дверь своего кабинета. – Теперь тебе это не кажется таким эпичным? – задал он вопрос, от чего Винсент покачал головой, отрицая. – Правильно. Наша работа, дружочек мой, не должна быть эпичной или красивой. Она должна быть действенной. Чёткой и продуманной. Но никак не эпичной!
- Да понял я! – ответил Винсент, немного повысив голос. – Не надо меня запугивать! Я и без того пуганый! На улицах вырос как-никак!
- Ух какой резкий! – снова засмеялся Адриан. – Прям как понос! – фраза, что заставила Винсента сильнее разозлиться и сморщит нос, еле сдерживаясь, чтобы не врезать обидчику кулаком. Но он прекрасно понимал, что в схватке победителем выйти не сможет. Адриан был крупнее, сильнее и старше и при любом раскладе размазал бы его по стенке. – Ладно! Давай не будем сейчас устраивать ссоры на пустом месте. Ты будь любезен сначала отнеси эту коробку на кухню, и можешь спать идти. Да и я сейчас книги все на место верну и тоже спать лягу. – И Винсент кивнул головой, пригнулся и поднял с пола коробку, молча побрел по коридору в направлении кухни.
Дерево богини...
- Какой приятный запах. – Винсент вошел на кухню и положил коробку на край стола, приподнял крышку и заглянул в кастрюлю, полную еще теплой похлебки. – Как же Ани всё-таки вкусно готовит! – он закатил глаза от удовольствия, наполняясь слюной. Желудок молодого человека издал громкий звук, заставив своего хозяина сжаться. – Живот аж заболел. Как есть сразу захотелось.
- Раз захотелось, так положил бы себе сам еды в тарелку и поел бы! – мимо него пробежала Ани и, придвинув стульчик, залезла на него, достала с высокой полки тарелку, спрыгнула со стульчика. Потом забралась половником в кастрюлю и налила в тарелку похлёбки, потом еще один половник и поставила тарелку на стол. – Садись, ешь! – проговорила она как-то нервно и обеспокоенно. Девушка пробежала по кухне, достала хлеб из хлебницы и отломила горбушку, предложила парню хлеба.
- Спасибо! – произнес он, зачерпывая ложкой похлебку, жадно поглощая пищу. – Если бы не ты, я бы так и ходил голодным. – Тут он вспомнил, что говорил обидные слова. Ну как обидные. Просто глупые фразы из неразборчивых слов про голову отдельно от тела. – Ани, я хотел извиниться за те слова про твою голову и остальное. – Парень проглотил хлеб, казалось, не разжевывая его, и залил сразу после этого тремя ложками похлёбки. – Я глупость сказал, не подумав, а Адриан, он решил это в такую шутку глупую всё обернуть.
- Не волнуйся и ешь! – ответила девушка, присев рядом с ним за стол. – Это всё глупые разговоры. Мы живем в таком доме, где глупые разговоры ничего не значат.
- Знаешь? – Винсент доел похлёбку и, встав из-за стола, положил тарелку в таз с грязной посудой и, вернувшись к Ани, положил руки её на плечи. – Мне кажется, ты сейчас самый нормальный человек из оставшихся в этом доме. – Он сказал эти слова совсем тихо, словно старался быть не услышанным. – Кажется, что только тебе я могу сейчас доверять.
- Мне приятно это слышать. – улыбнулась девушка, слегка повернув голову и погладив его ладонь, что сжимала её плечо достаточно крепкой хваткой. – Намного приятнее, чем те глупости, что вы болтали в последний раз. – Винсент отпустил её плечи, отошел на шаг в сторону, позволил подняться со стула. – Иди ложись спать. Уже поздно. И я тоже скоро пойду, только посуду помою. – Девушка сняла с огня кастрюлю с горячей водой и вылила её в таз, что был полон грязной посуды. – И Винсент? – окликнула парня девушка в тот момент, когда он уже практически скрылся за дверью. Парень остановился и, приоткрыв шире дверь, посмотрел на неё, в ожидании тех слов, что она стремилась ему сказать. – Будь осторожней. В этом доме, да и хотя во всем этом городе, а может даже мире, всё не то, чем кажется. Иногда добродетель может оказаться истинным злом, а то, что ты считал злом, – добродетелью. И твой враг в итоге может стать другом, а друг настоящим врагом.
- Я постараюсь запомнить это! – протянул парень, совсем не понимая этой кучи метафор. Но понимая лишь одно, то, что он и так знал. Что в этом доме, так же, как и во всем городе, и, может, даже там, за лесом, он не может полностью доверять кому-то. И, возможно, что даже самому себе.