– С радостью прогуляюсь с вами и поизучаю улицы города. Спасибо!
– Что ж, тогда идемте.
Получив мое согласие, мужчина улыбнулся, и мы вместе, бок о бок, неторопливым шагом пошли по окраине дороги, вымощенной камнем.
– Поизучать улицы, значит-с… – размышлял он, задумчиво почесывая выбритый подбородок. – Давно приехали? И откуда, если не секрет.
– Чуть больше недели назад приехала, из соседней деревни, – ответила я, почему-то ни капельки не смутившись подобному вопросу. – Как из приюта выпустилась, так сразу сюда и отправилась. Тогда я не осознавала, какую глупость вот-вот совершу, и никто ж даже отговорить меня не пытался…
– Почему? – мужчина так сильно поднял брови, что даже в глаза сквозь повязку смотреть не понадобилось, чтобы понять его удивление.
– Глупо было приезжать, не имея рядом не то что семьи, а хотя бы друзей или знакомых, которые помогли бы на первых порах делом или советом. Сейчас, к счастью, мне есть где жить, а ведь все могло сложиться совсем не так…
Собеседник шевельнул нижней губой, будто ему грустно.
– Наверное, вам было очень одиноко и страшно одной, без друзей… Но я могу помочь вам решить эту проблему.
– Как это? – поинтересовалась я, удивленно вздернув бровь.
– Имя мое Генрих, – молодой человек протянул мне открытую ладонь в знак приветствия. – Милая Эрика, добрая цветочница, могу я стать вам надежным другом?
От растерянности я замерла на месте, уставившись взглядом в то место темной повязки, где могли быть глаза мужчины. После всех насмешек, с которыми мне довелось столкнуться, было как-то трудно поверить, что кто-то мог искренне предложить мне дружбу. Взять даже Кристу, например… После нашего знакомства она тут же исчезла, ни разу даже не заглянув в таверну, где я остановилась, а сама назвала мне неправильный адрес. Откуда мне знать, что и сейчас не случится то же самое?
«Ему можно верить!» – шептал мне в голове внутренний голос, всеми силами разгоняя сомнения.
– Хорошо, – прошептала я, медленно протянув руку и коснувшись его ладони. Едва уловимым движением он нежно положил свободную руку сверху, тем самым создав своеобразный замок. Несколько секунд мы так и стояли, не проронив ни слова, а потом Генрих освободил мою руку, и мы продолжили путь как ни в чем не бывало.
– Вот и отлично. Отныне и впредь давай будем звать друг друга по имени, а то как-то неловко получается. Тебе, как я понял, восемнадцать лет?
– Угу, – неловко промямлила я, опустив взгляд и немного вжав голову в плечи.
– А мне двадцать один, – Генрих улыбнулся и необычно мотнул головой, будто хотел мне подмигнуть. – Как видишь, я ненамного тебя старше, а значит, есть еще один повод обращаться ко мне по имени или на «ты».
– Мне понадобится время, чтобы привыкнуть, но я согласна.
– Что ж, Эрика, давай немного прогуляемся, и я провожу тебя домой. Тебя же наверняка ждут, не так ли?
– Да, ждет, – ответила я, дружелюбно кивнув. – Одна добрая старушка, но она не будет против, если я немного задержусь.
– Тогда не будем заставлять хозяйку дома ждать слишком долго. Идем, – парень тихонько ухватил мою руку, и мы продолжили нашу небольшую прогулку, не забывая при этом общаться обо всем, что только приходило в голову. С каждой минутой недоверие к новому знакомому постепенно исчезало, заменяясь дружеской верой. Почему-то мне казалось, что Генрих и вправду так просто меня не бросит, не исчезнет из моей жизни, как это сделала Криста, и не сделает больно, как любят поступать другие люди…
– Генрих, могу я задать тебе один вопрос?
– Конечно! Внимательно тебя слушаю.
Я остановилась, протяжно выдохнула и задала вопрос ребром.
– Почему ты помог мне вчера? Мало кто в городе способен прийти на помощь незнакомому человеку…
«Особенно такому, как я…» – хотелось добавить, но я воздержалась. Генриху, возможно, досталось куда сильнее, чем мне. Зачем бередить человеку возможные раны?
– Тебе самой, может, это не заметно, а вот я со стороны почувствовал, с каким трепетом ты относишься к своей работе. Тебе же нравится работать с цветами, не так ли?
– Да, очень нравится, ты угадал. Больше всего на свете… Но обычно людям все равно на мечты других. Их интересует лишь собственная выгода.
Я сжала губы и задумалась. Парень же ничего не видит, как можно разглядеть при этом мою любовь к какому-то делу?
– Возможно, тебе покажется это странным, но я другой, Эрика. Мое детство тоже легким не назовешь, но судьба показала мне, как важно сохранять здравый рассудок и доброту в душе. Поэтому для себя я решил, что буду помогать тем, кто чист душой и сердцем. Твоя вчерашняя ко мне забота лишь тому подтверждение. Этот теплый ягодный чай и сладкая булочка… Их вкус я помню до сих пор, поэтому просто не мог поступить иначе. И раз сегодня ты по окончании рабочего дня вышла из магазина, значит, моя помощь помогла, чему я очень рад.