– Генрих, тебе же снова плохо, разве нет? Давай позовем на помощь!
– Не надо, Эрика, я привык, – попытался отмахнуться он. – Скоро все пройдет.
– Что же это за дар такой? Разве не должен он приносить владельцу счастье?
Генрих резко побледнел, будто я только что узнала его самый сокровенный секрет.
– Откуда ты знаешь?
– Ты же вчера сам жалобно стонал, когда хватался за голову от приступа, – ответила я, пожав плечами. – Я магию даров живьем не видела, в деревне это редкость, но точно уверена, что он не должен причинять владельцу боль. Что же случилось? Как тебе помочь?
Примерно минуту Генрих молчал, словно обдумывая слова.
– Можешь не говорить, если не хочешь… – с волнением прошептала я, опустив взгляд к земле.
– Нет, я все расскажу. Идем в сторону твоего дома, так и поговорим.
Не мешкая, я, крепко держа друга за руку, уверенно зашагала в сторону дома Хильды.
– Внимательно слушаю.
Протяжно вздохнув и прикусив губу, Генрих начал рассказ.
– Неловко, конечно, это рассказывать… Мне тогда было одиннадцать. Непоседливым я пацаном был: заигрался, упал, головой ударился – так зрения и лишился, а потом вскоре и мать слегла. От отчаяния даже подворовывать стал, за что мне до сих пор стыдно.
Сердце в этот миг словно залилось слезами. Стало невыносимо жалко парня.
– Ты не виноват, это жизнь нелегкая!
Генрих чуть заметно улыбнулся.
– Не переживай, я все и сам прекрасно понимаю. Несмышленым мальчишкой был, вот и творил глупости. Однажды я встретился с магом, который по доброте душевной наделил меня даром. Благодаря ему я до сих пор могу хотя бы силуэтами видеть людей и предметы.
– Но почему тогда тебе так больно? Это какая-то расплата за грехи?
– Что ты, нет, конечно! – отмахнулся Генрих. – Я сам мало понимаю, но в тот роковой день маг рассказал, что спустя десять лет даром надо как-то поделиться, иначе он исчезнет. Все эти приступы начались недавно, и есть подозрение, что скоро моего дара не станет и я потеряю зрение окончательно.
В груди словно защемило, из глаз так и норовили потечь слезы. Даже и представить себе не могла, через какое горе умудрился пройти мужчина, что стоял сейчас напротив меня. Боль, что он пережил, и, возможно, еще переживет, не шла ни в какое сравнение с моими проблемами. Да, у меня тоже жизнь не сахар, но у меня хотя бы есть зрение…
– Тогда нужно срочно что-то делать! Скажи, как помочь тебе?
– Я и сам не знаю, – Генрих с досадой пожал плечами. – Но светом своей души ты пробудила во мне надежду, что все, возможно, сложится не так уж и плохо. Просто будь моим другом, а я постараюсь что-нибудь придумать. Хорошо?
Я сжала губы и медленно кивнула.
– Вот и отлично, – Генрих мягким движением погладил мою руку и отвел взгляд в сторону. – Кажется, мы уже пришли. Тебе пора домой.
– А мы завтра встретимся? – из моих уст вдруг сам по себе вырвался вопрос.
– Если захочешь, то да, – парень застенчиво улыбнулся. – Я зайду за тобой после работы.
– А у меня завтра выходной!
Ох, что со мной? Почему я сейчас так нагло напрашиваюсь на прогулку, когда у друга едва ли не горе?
Эм, а почему он так радостно улыбнулся?
– Отлично! Тогда когда встретимся?
– М-м-м, даже не знаю, – промямлила я, смущенно пожав плечами. – Может в полдень?
Парень задумчиво почесал подбородок.
– Хм, я тогда тоже возьму выходной. Значит, жду тебя завтра на этом месте в полдень, – на его лице возникла лукавая улыбка. – Не опоздаешь?
– Не опоздаю, – усмехнулась я, улыбнувшись ему в ответ.
– Тогда до завтра? – его рука вновь словно невзначай погладила мою. Так приятно и мягко, будто по моему запястью провели пушистым одуванчиком.
– До завтра, – ответила я, скромно забрав у парня руку и отступившись назад. Генрих пошел обратно, иногда краем взгляда оглядываясь, но при этом не останавливался до тех пор, пока и вовсе не исчез из поля моего зрения.
Шагая к домику Хильды, я размышляла обо всем, что сегодня услышала. Слова сварливой Аделаиды и рассказ Генриха перемешивались в голове и путали мысли, чем нагоняли сомнения. Мне очень хотелось помочь другу, особенно после всех теплых слов, что я от него услышала, но страх, что слова надменной женщины окажутся правдой, никак не хотел ослаблять своей хватки.
– Надо же, какая красота! Заходи скорее, дам тебе вазу с водой, поставишь букет! – ахала Хильда, умиляясь красоте полевых цветов. На жаре, правда, те немного завяли, но меня это не особо расстроило – мне отлично известны способы, как вернуть цветам прежнюю красоту!
– Итак, дорогая, рассказывай, кто тебе такую красоту подарил? – женщина села за стол, оперлась на свои руки и уставилась на меня выжидающим взглядом.