– Неважно кто это, Людвиг. Ему нужна помощь, а уж о его проступках можно поговорить позже, если так хочется.
– Ты прав, – кивнул целитель. – Уложи мальчишку на диван, я его осмотрю.
Генрих не стал мешкать и сразу же исполнил указание знакомого. Измученного бедолагу, который даже не нашел в себе сил сопротивляться, он уложил боком на диван и подготовил небольшой железный тазик на случай, если того вновь одолеет приступ тошноты. Менее, чем через минуту из смежной комнаты вышел и сам владелец лавки, держа в руках несколько склянок с настоями и мокрое полотенце.
– Можете выйти на несколько минут? Я внимательно осмотрю мальчишку, а потом скажу вам, что и как.
Кивнув целителю, мы послушно вышли на улицу. Сидя на лавочке у окна здания, я тихонько прижималась к своему мужчине и изливала все нахлынувшие на меня чувства.
– Он же совсем еще маленький, за что люди с ним так? Ему ж на вид лет десять, может и меньше…
– К сожалению, есть жестокие люди, которых не заботят чужие беды, – с горечью ответил Генрих, приобняв меня и погладив мое плечо. – Они видят перед глазами лишь собственную выгоду, а помощь другим они не считают чем-то необходимым. Этот же торгаш, похоже, настолько обезумел, что без зазрения совести решился на подобный грех.
– Как думаешь, он выживет?
– Даже не знаю, – он растерянно помотал головой. – Похоже, траванули его очень сильно. Взрослым как-то легче пережить влияние яда, а ведь он лишь ребенок. И все же я надеюсь, что Людвиг ему поможет.
Какое-то время мы сидели молча, прижимаясь друг к другу и разглядывая постепенно подкрадывающийся закат, пока целитель не выглянул из-за двери и не позвал нас к себе. С волнением на сердце я шагала обратно вместе с любимым в надежде услышать хорошие новости.
Пригласив нас присесть, целитель сел за свой стол и стал что-то писать в бумагах. Краем глаза я взглянула на мальчишку, который, кажется, мирно спал, укутавшись в плед.
– Мальчишке очень повезло, что его вовремя нашли. Ему в организм попала опасная доза крысиного яда. Пролежи он там без помощи еще минут двадцать, и его, скорее всего, уже не удалось бы спасти.
Внутри меня, казалось, все сжалось от одной лишь мысли, какая судьба могла постигнуть беднягу. Смерть в одиночестве, без крыши над головой в безлюдном переулке… Даже не представляю участи ужаснее!
– Что теперь с ним будет? – поинтересовался Генрих.
– Я его напоил целебными настоями и как смог вывел яд, дальше ему нужен хороший отдых, также не помешает обильное питье и полезная еда. Завтра он, скорее всего, уже очнется и сможет потихоньку говорить, а еще через пару дней, если повезет, будет вовсю бегать, будто никакого недуга и не было. Правда, я бы посоветовал на ночь оставить его здесь, под наблюдением. Чисто на всякий случай.
– Если так нужно, то, конечно, пусть останется у тебя, – с горечью произнес Генрих. – Все равно крыши над головой у бедняги нет…
– Поэтому я, кстати, и удивился, что ты его принес, – откровенничал целитель, перебирая сжатые в замок пальцы. – На этого мальчишку за его проделки точат зуб множество горожан.
– Всегда можно решить проблемы делом, а не брать грех на душу! – возразил мой темноволосый спаситель. – Это ж надо додуматься, так гнусно отравить голодного мальчишку ядом! Да этого гада самого под суд отдать надо за такое!
Мужчина в очках пожал плечами.
– В этом плане я тебе уже не советчик. Мое дело лишь помогать нуждающимся в лечении, и как ты понимаешь, за мои услуги потребуется оплата. Как минимум бессонная ночь, которую я буду вынужден провести возле пациента, чего-то да стоит.
– Конечно, мы все понимаем, – ответила я, нырнув рукой в сумку в поисках денег. – Скажите, во сколько обойдется ваша помощь?
Целитель молча написал цифры на листке бумаги и протянул его нам. К сожалению, сумма денег, указанная на нем, оказалась немного больше, чем имелось сейчас у меня в кошельке. Несколько секунд я молча сидела и растерянно смотрела в сторону, раздумывая над способом решения. Если не заплатить всю стоимость, то мужчина может отказаться помочь мальчику, а при мне денег пока больше нет, да и украшений, которые приняли бы как залог, у меня никогда не было. Взгляд мой скользнул на браслет с алыми бусинами, подаренный мне Генрихом. Конечно, до ужаса жалко было лишаться подарка, но жизнь мальчишки куда важнее!
– Не надо, Эрика. У меня тоже есть деньги, – напарник по прогулке, похоже, в очередной раз почувствовал мои мысли и вытащил из кармана брюк несколько монет. Вместе с имеющимися у меня деньгами как раз вышла нужная сумма, которую мы и вручили владельцу лавки.