- А вы госпожа НаБом как считаете, что нам надо сделать с этими обнаглевшими в край вегугинами?
- Ну. - дипломатично тянет главная в Анян. - Честно говоря, мне сложно что-то сказать так сразу. У меня в жизни раньше таких ситуаций не было … к счастью. Да конечно в тюрьме контингент совсем не подарок и разные в жизни ситуации бывали, но к счастью всегда удавалось их решить без особых травм и последствий. Где-то путём переговоров, где-то да, приходилось применять и силу. Но все разумеется в рамках закона и главное в рамках правил внутреннего распорядка тюрьмы.
Но вот здесь как я считаю ситуация все-таки отличается кардинально. По большому счету все дело в том, что нам противостоят в большинстве своём иностранные граждане, эти вот самые поклонники ЮнМи. Ну противостоят и противостоят с одной стороны скажите вы. Но с другой стороны вы же знаете, как в нашей стране трепетно относятся к иностранцам, особенно к американцам и всяким там европейцам.
А это уже накладывает на тех, кто попробует сейчас решить проблему этого лагеря ряд ограничений в методах противостояния. Не думаю, что нашему министерству иностранных дел, да и правительству с президентом понравится, если их завалят нотами протеста на плохое обращение с их гражданами разные иностранные посольства и представительства.
А если не дай бог случится что-нибудь непоправимое? То реакцию мирового сообщества и соответственно официальных представителей разных стран представить себе будет нетрудно, и она вряд ли понравится нашему с вами руководству, причем самого высокого уровня.
Как бы нам с вами здесь крайними не стать? Поэтому надо хорошенько все обдумать. Все наши действия и даже бездействия!
Пауза. Господин Квак все-таки похоже взял себя в руки, по крайней мере внешне он успокоился, и произнес.
- Да, возможно, что в чем-то вы и правы госпожа НаБом. Но все равно, я этого оскорбления просто так не оставлю. Это просто непомерная наглость и на нее должен быть наш адекватный ответ.
А иначе что? В следующий, раз не встречая отпора они могут и что-то и другое показать, еще более похабное.
Чиновник задумался, и после паузы добавляет.
- Госпожа НаБом, я знаю у вас есть контакты начальника Анянской полиции, наберите его, я с ним хочу поговорить по теме оскорбление человека при исполнении им своих должностных обязанностей неустановленными пока лицами.
Пожав плечами, НаБом достает телефон и совершает с ним нужные манипуляции, тем временем господин Квак ходит по кабинету в ожидании, и наконец он дождался, пока только монолога от НаБом.
- Господин Сон СиБак, добрый день.
- Это НаБом, Анянская тюрьма.
- Да, по какому поводу еще я могу вам звонить, конечно же, как вы выразилась, по не совсем законному лагерю между прочим на нашей с вами подведомственной территории.
- Что там еще такого произошло спрашиваете?
- Господин СиБак, давайте я сейчас передам трубку господину Кваку ЮнГи, он только что побывал в этом лагере и пообщался там с главными протестующими.
- Господин ЮнГи заместитель заместителя министра юстиции по пенитенциарным учреждениям, он как раз сегодня специально прибыл из Сеула и именно поэтому вопросу.
- Да, именно он сегодня рано утром и заезжал в ваш отдел полиции, но вас увы тогда не застал.
- Да, да, хорошо, все я передаю ему трубку!
НаБом передает трубку, и с интересом вслушивается в разговор приезжего начальника с хитромудрым СиБаком, начальником Анянской полиции.
Хоть она и не слышит ответов от главного полицейского Аняна, но вот о чем идет в этом интересном разговоре речь ей в целом вполне понятно по репликам и ответам самого ЮнГи.
После краткого представления, ЮнГи сначала требует немедленно разогнать лагерь перед стенами тюрьмы и задержать всех протестующих для выяснений их личностей.
Услышав же в ответ от СиБака, что у него и свое начальство есть, которое уже в курсе этой проблемы, и занимается ее решением. Ну, а он пока ждет команды от руководства и подкрепления.
На вопрос господина ЮнГи Зачем ему подкрепления, следует вполне обоснованный ответ от полицейского начальства Аньяна.
Неужели господин ЮнГи не видел количество протестующих под стенами тюрьмы, которые кстати, по-прежнему еще прибывают и прибывают?
А если видел, то зачем задает такие … странные вопросы?
Сил у полиции сейчас просто не хватит для каких-либо решительных действий, ни по закрытию этого лагеря, ни по задержанию этих протестующих, по крайней мере пока.