Ба! Знакомая вещь, которую зритель уже видел ранее. Та самая черная бейсболка с треснутым козырьком, которая была на налетчике, когда он пытался присвоить сумки старой женщины. Точнее это она, но уже пострадавшая после эпического падения молодого налетчика.
Нет никаких сомнений что в руках у «главного истопника» помятая и грязная черная бейсболка, с треснутым козырьком, с хорошо читаемой белой надписью «just…»
(английск. – justice – правосудие, но часть букв на бейсболке заляпаны и не видны, поэтому знающие английский язык могут прочитать только – «just», что переводится как «просто». Прим. – автора).
Хотя получается несколько символично, действительно как все «просто» оказывается в Корее, просто изменить решение суда, и сделать так чтобы «правосудие» совсем не восторжествовало. Преступники вышли на свободу, а невинные заняли их место.
Но эта грязная и испорченная бейсболка похоже понравилась поднявшему ее. Он, отдав свою кружку бежит за начальством и догоняет то где-то на территории.
После чего почтительно подносит найденное главному начальству. Оно вполне милостиво принимает это подношение. Смотрит на бейсболку в своих руках, после чего разглаживает и отряхивает ее, потом берет и просто прижимает друг к другу половинки разломанного козырька головного убора, закрывая при этом глаза.
Что-же, можно констатировать, что по крайней мере в том месте, где сейчас происходят все эти события какая-то магия точно есть. Потому-что козырек бейсболки неожиданно склеился, грязь с головного убора осыпалась, вот уже четко видно и слово «Justice!»
Впрочем, мы не сказать, что сильно удивлены, после чудес от «адвоката» грабителя, это существо что точно повыше рангом, явно способно на большее. Можно кстати смело констатировать, что черная бейсболка стала как на прилавке магазина, новой и еще ни разу еще не одетой, нет все, теперь уже одетой. Посмотрев на бейсболку, и оставшись по-видимому довольным увиденным «главный истопник» решительно водружает ее к себе на голову, и рожки на ней ему совсем не помеха при этом.
…
«Главный истопник» идет по длинному помещению, заставленному котлами, с жарко горящими под ними дровами, а может и не дровами, и шныряющими то там, то тут, работниками данного ведомства.
Которое при виде начальства изображает усиленную работу, а может и не изображает, а в самом деле работает не за страх, а за совесть, кто же расскажет про отношение к работе в данной структуре и штрафах за ее плохое исполнение?
Но вот старший идет с явно довольным видом чело … существа, у которого все в жизни удалось. Ну и самое интересное, на голове у него та самая черная бейсболка которая когда-то была на грабителе старушек, та что еще пострадала при задержании.
Но теперь она совершенно новая, даже муха что говорится не сидела, да и откуда здесь мухам взяться? Вряд ли их привлечет это место по причине своей повышенной температуры.
Но самое интересное что теперь любой, может спокойно прочитать надпись на бейсболке целиком, а не одно слово, периодически показанное ранее, именно полная фраза - «Korean justice is dead!»
(английск. – Корейское правосудие умерло!).
Лаконично гласит она. Тем самым, как-бы подбивая итоги под всем этим роликом, а заодно делая этакую отсылку к митингу в поддержку Агдан в городе Седжоне.
Именно такой лозунг и был на одном из плакатов, в день приезда туда генерального секретаря ООН - «Korean justice is dead!»
Кадр меняется, показано место где недавно происходило потребление огненной воды работниками котлового хозяйства, непонятно что послужило причиной та самая горючка или это была их собственная инициатива, но в стиле «No pasaran!», это самое выражение - «Korean justice is dead!» дружно скандировали бригада черт… горячих работников. Возможно вы спросите, как можно дружно декламировать то что написано на этой примечательной бейсболке? Очень просто, повторимся, как это все декламируют в немом кино? Субтитры наше все!
Кадр меняется, показан вновь идущий вдоль котлов «главный истопник», несмотря на то что он уже прилично удалился от места этого несколько странного митинга, но похоже все равно в курсе что происходит на подведомственной ему территории. И на данное нарушение рабочего процесса, он только благосклонно улыбается, а может и не такое это уж и нарушение по местным понятиям, кто знает?
- «Korean justice is dead»!