- Ну, со стороны может показаться что все выглядит как вы сказали, но я бы не стал спешить с выводами госпожа президент. В конце концов все показанное может оказаться наговором на руководство Енессая и его преподавательский состав. Может дождемся результатов работы комиссии, о первых выводах я вам лично доложу в кратчайшие сроки!
- А ты сам то веришь в то что говоришь? – прищурилась глава государства. – Нет ИнБок, честно, то что ты увидел в отношении Енесая, ты считаешь, что это правда или такой вот художественный вымысел создателей? Отвечай ИнБок, и без этих твоих надо дождаться результатов работы комиссии, тогда все уже будет ясно. Ответь мне как обыватель, который только что увидел этот фильм и вот что он сейчас чувствует, как относится к увиденному в том числе и в этом Енессае?
- Ну если посмотреть с точки зрения обычного обывателя. – осторожно начал господин ИнБок. – То все показанное в фильме очень похоже на правду, и вполне возможно, что и является ей, по крайней мере в глазах простых людей.
К тому же по моей информации создатели фильма точно не страдают глупостями и кретинизмом. Вряд ли они эпизоды с Ёнесаем сняли как художественный вымысел с нанятыми актерами. Лица преподавателей и студентов в этом кино хорошо видны и легко могут быть узнанными, диалоги там тоже записаны четко, хорошо слышны. Думаю, что скоро все действующие лица будут опознаны как студенты и преподаватели Енесая.
- Ну и? – поторопила его глава страны. – Короче ИнБок.
- Ну если короче, то все что мы видим очень похоже на правду и с большой уверенностью можно констатировать что это точно не художественный вымысел. К тому же господин Ю ЫнХэ, наш бравый министр образования ... – ИнБок замолчал.
- И что там этот ЫнХэ? – поторопила его собеседница, на что услышала.
- Хоть он и сказал нам, что лица на экране ему не знакомы, но мне показалось что преподавателя английского с этого Енессая он все-таки узнал, хоть и не подал виду. Но, я же тоже не первый день общаюсь с такими людьми, поэтому уверен, судя по не сильно, впрочем, заметной реакции нашего министра, этот тип точно ему знаком.
- Да, и мне так тоже показалось, хотя он всячески открещивался что знает этих людей в кино, может и работают они в Ёнесае, но он же не должен знать весь преподавательский состав учебных заведений в лицо. Интересно почему? Он так рьяно показывал свое незнание. – задумчиво произнесла президент.
- Ну здесь догадаться несложно. – хмыкнул ИнБок. – Будь его воля он бы и от того что знает ректора Енесая открестился бы, но здесь для него увы, таких людей он должен знать по долгу службы. Хотя если учесть, что он подписал документ о предоставлении звания «учитель года» этому БакХёну, то с тем он так или иначе знаком, ну или как минимум видел.
- Да уж учитель года! – неожиданно хихикнула госпожа президент. – У нас человек, который спаивает своих студентов, причем для него совсем не бесплатно, который за взятки проталкивает на бюджетные места всякую богатую бестолочь, еще рассказывает скабрёзные анекдоты про своих выпускников. А его студенты? Одна только студентка, танцующая на столе с бюстгальтером в виде винта чего стоит. И за все это он получает от нас в виде благодарности за сий почетный труд еще и звание учитель года! Вот обрадуются в оппозиции каким «достойным» людям мы раздаем это почётное звание!
- Не переживайте. – сказал господин ИнБок. – Я как узнал о том, что этот документ о предоставлении звания был подписан, дал команду нигде его не публиковать и никому не показывать до особого распоряжения. К счастью его нигде не успели опубликовать, так что об этом нашем проколе никто и не узнает. Так что думаю, что этому Ки БакХёну теперь точно не светит это почетное звание, а светит думаю кое-что другое, намного менее приятное.
- Да … Учитель бл… года! – снова хмыкнула уже самую малость нецензурно женщина, и неожиданно вдруг громко расхохоталась. И смех ее нарастал. Да у госпожи президента после этого непростого совещания похоже просто не выдержали нервы и в ее смехе ИнБок явно услышал уже истерические нотки. Ну, понять ее можно, президент тоже человек и даже женщина! Ничто человеческое ей не чуждо, даже не совсем здоровый смех.
- Успокойтесь госпожа президент, успокойтесь прошу Вас. – пытался взывать к голосу разума женщины парламентарий. – Не нужно все это принимать слишком близко к сердцу.
Говоря все это ИнБок быстро наливал из бутылки в стакан воды.
- Учитель года, учитель года бл… - уже даже не смеялась, а как-то всхлипывала КынХе.
- Вот выпейте воды. - протянул ей стакан ИнБок. – Вам надо успокоится и привести себя в порядок, не нужно чтобы кто-то увидел вас в таком несколько … взвинченном состоянии. А этим учителем года мы займемся, не беспокойтесь.