- Меня, если честно, пугает не это. – Фигаро поёжился, и включил печку «Рейсвагена» на полную мощность. – Чёрт с тем, что этот гипотетический древний колдун как-то дотянул до наших дней. Меня после Бруне и Морганы такой ерундой уже не удивить. Вы лучше подумайте вот о чём: сколько человек опознали бы в «Тренче» из этой проекции вас, Мерлина? Да ещё и молодого?
- Ну я же вам сказал: это послание...
- Послание от того, кто знал, что вы за каким-то чёртом припрётесь в Верхний Тудым, и сделаете это именно сейчас?
Теперь Артур слушал очень, очень внимательно. Лицо старого колдуна не выражало ровным счётом, ничего, но на дне тёмных глаз двигалось... что-то. Что-то такое, чему следователь пока что не мог дать названия.
- Допустим – и я, скорее, склонен с этим согласиться – это послание действительно, своеобразное письмо вам, именно вам, и никому другому. Но тогда наш колдун-инкогнито становится уже каким-то полубогом: он устанавливает на отель щиты, которые едва не убивают вас, Мерлина Первого, предсказывает ваше появление здесь, для него сущая ерунда подчистить за собой следы Скрывающим заклятьем, переписать с нуля человеческую память, а ещё этот колдун, похоже, отменный алхимик. Артур, признавайтесь: вы обидели кого-то из Могуществ Малого Ключа?
Лицо Мерлина прояснилось, словно в глазах колдуна зажглись две маленькие лампочки.
- А это, кстати, неплохое объяснение. Отбрось всё, что кажется совершенно невозможным, затем отбрось всё маловероятное... да, да... Только я всё равно не понимаю, почему этот Другой решил докопаться до меня именно здесь и сейчас. Если это Другой, конечно.
Артур прищурился, и, вцепившись гибкими тонкими пальцами в волосы (его причёска давно превратилась в подобие вороньего гнезда) принялся, тихо ругаясь, раскачиваться на пассажирском сиденье взад-вперёд. Сиденье немелодично поскрипывало.
- Возможно, когда я обрёл тело, некое существо из Внешний Сфер решило, что я, будучи мёртвым ранее, теперь воскрес. У Других такие заскоки случаются; с логикой у них не так, как у людей... А, может, дело в исчезновении Демона Квадриптиха: тигр исчез, и на охоту вышли волки... Так, стоп, нет, опять ерунда. Щиты на «Шервуде» ставил человек.
- А если Другой просто даёт своему протеже такие силы?
- Хорошее предположение, но нет. Другие на такую чушь не размениваются; они не станут возиться с хитросплетениями человеческих заклятий точно так же, как вы, например, не станете пускаться в погоню за преступником на детском трёхколёсном велосипеде... К чёрту. Нельзя цепляться за идею только потому, что она тебе нравится, Артур. Тебе уже не двадцать лет. И даже не двести. Давайте, Фигаро, думать в другом направлении. У нас ещё сорок минут.
- Сорок минут до чего?
- До того, как куратор Ноктус соберёт Специальный Ударный Отряд, окружит отель «Шервуд» и блокирует блиц-порталы вокруг города и в нём самом.
- Ого! Но как вы... И что такое – Специальный Ударный Отряд?
- Узнаете. А что до этого вашего «как», так тут совсем просто: я ведь, по сути, первый Скрытый Директор Особого Отдела. Я ж его создавал... Да и не станет Ноктус пренебрегать советами самого древнего и мудрого колдуна в мире.
- Мда, от скромности вы точно не помрёте.
- Я надеюсь, что вообще не помру. – В голосе Мерлина слышался смешок, но взгляд колдуна был спокоен и абсолютно серьёзен. – Думаем, господин следователь, думаем!
- Хм... А что если так: кто из них в принципе мог дожить до наших дней? Я имею в виду, из ваших коллег... или как вы их там называли.
- Скорее уж, собратьев по адской кухне. – Артур фыркнул, но даже это не помогло скрыть горечь, сквозившую между слов. – Вильштейн стал богом в рамках известного вам эксперимента, Риддл тоже. Ангазар помер, это точно. Я был на похоронах, но не светился особо. Старик бы одобрил. Если бы я начал толкать над его гробом хвалебные речи, он бы с того света вернулся, и открутил мне башку... Гранье, Буткевич – все ушли. Из Научной Когорты сейчас точно никого уже нет, кроме Бруне... Чёрт, вот никто на ум не приходит, что ты будешь делать... Понимаете, Фигаро, я заимел в этой жизни немало врагов, но все они долго не жили. Либо становились моими друзьями, на худой конец, коллегами. Всякий сброд, вроде королей и священников в счёт не идёт, разумеется... Другие... Было время, когда я вообще не осторожничал, общаясь с Теми, что обитают вне наших Сфер. Но я никогда не позволял себе неучтивости или невнимательности. Не заключал контрактов, не попадался в ловушку сладких предложений, не нарушал границ и не лез туда, куда лезть не стоило. К тому же, Другие редко выжидают так долго, чтобы отомстить, и месть их, как правило, приобретает формы странные, ехидные и крышесносные... прямо как сейчас. Но если в происходящем есть какая-то мораль, то я всё равно её не понимаю... Эй, Пришлый! Выходи! Заклинаю силой имени Саваофа, Сефира Метратона Агла Метона, лёгкостью Альмонсина, тяжестью Херры...