- А, точно. Но не в том суть. Вы как-то умудрились повлиять на Демона Квадриптиха – эфир ему стекловатой! – и спасти наши задницы, а также мир заодно. По-моему, это хороший результат.
Помолчали. Быстро темнело, и низкое осенне-зимнее небо заволакивали чёрные тучи – пока что не грозовые, и даже не снежные, а просто угрюмые свинцовые болванки, от которых веяло холодом и тоской. Фигаро внезапно до боли под ребрами захотелось оказаться в Нижнем Тудыме, на кухне у Марты Бринн, и умять... да что угодно, конечно, но лучше всего – пирог с капустой и мясом. Огромный, прямо из духовки, и чтобы на столе стоял графин с клюквенной наливкой, а из печи веяло душистым жаром маленькой весёлой преисподней. Следователь тихонько вздохнул; с одной стороны, дело было, по сути, закрыто, но, с другой, похоже, всё только начиналось, и то, что начиналось, Фигаро не нравилось.
- Ладно, – Артур махнул рукой, – к чёрту. Идёмте в тепло, а то скоро снег пойдёт. А, может, и дождь... Вы, кстати, поспали бы. Да и мне не повредит.
* **
- Артур?
- М-м-м-м-м?
- Артур!
- М-м-м-м?.. Да, Фигаро, извините. Я засыпался в этих бумагах. Надеюсь, Ноктус под шумок ничего отсюда не спёр – с него станется.
- Только не говорите, что вы всю эту макулатуру не скопировали.
- Конечно, скопировал. Я что, идиот? Но меня сейчас беспокоят не записи нашего колдуна-психопата. Точнее, не только они.
- А что же ещё?
- Его библиотека.
- Библиотека?
- Фигаро, вы что – хомяк-повторюн? Да, именно библиотека... В общем, если коротко: этого Тренча здесь держали явно в качестве чернорабочего. У него был свой угол – кровать и тумбочка. Мягко говоря, спартанские условия. Он работал на подхвате в лаборатории и закупал реактивы. Где – мы установим, но вряд ли это что-то даст. Ещё на оборудовании полно отпечатков Тренча – ну, они там одни. Его... хозяин то ли работал в перчатках, то ли вообще не имеет отпечатков. Зато у него была небольшая библиотека, и часть книг он явно с собой забрал. Вообще-то, большую часть – на книжных полках огромные пробелы. Но меня интересует другое: странный подбор литературы.
- Что вы имеете в виду? «Некрономикон», «Культы севера» и «Три шага ведьмы»?
- Не-а, не угадали. Научные журналы. Полная подшивка «Ворожбы и жизни» за три прошлых года, «Паровой вестник», «Наше время» и книги по механике – начиная с Попова и заканчивая Лемаршаном. Но это не всё: наш колдун-инкогнито, похоже, запоем читал «Вокруг света», «Столичные дребезги» и тому подобную дребедень.
- Хм... И как вы это объясните?
- Объяснить это несложно, если исходить из допущения, что этот тип был... как-то... не знаю... пассивизирован со времён Первого Квадриптиха. Например, пребывал в состоянии стазиса, криогенной заморозки или чего-то подобного. Понимаете, он навёрстывает упущенное. Поглощает информацию о мире, в котором оказался.
- А если его... ну... кто-то пассивизировал? Вы в своё время никого, часом, в вешалку не превращали?
- Хорошая мысль, правильная. Но – нет. Своих врагов я предпочитал стирать в пыль, а потом растирать пыль в атомную крошку... Кстати, интересно, что произойдёт, если Бруне дезинтегрировать... Надо будет как-нибудь проверить... Однако же, да, что-то в этой вашей мысли такое есть. И это, собственно, ещё одна загадка, которая гложет мне мозги. Понимаете, эти записки, расчёты, научные зарисовки... Они все машинописные, верно, вот только я уже где-то сталкивался с этим стилем изложения мыслей. Тот, кто это писал – я либо знал его лично, либо читал что-то, вышедшее из-под пера этого человека.
- А, ну, так это же отличная новость! Осталось только достать из вашей головы нужную информацию... что? Что-то не так?
- Фигаро, Фигаро... Как вы думаете: чего больше всего на свете боится любой жулик?
- Ну, это просто: он боится, что его самого обжулят.
- Вот именно. Поэтому впервые узнав о псионическом колдовстве, я принялся пихать себе в голову всевозможные защитные заклятья. И занимался этим вплоть до своей скоропостижной гибели, случившейся, как вы помните, почти сразу после нашего драматического знакомства. Моё сознание защищено от колдунов-псиоников, от «врождённых» псиоников, от псионического воздействия Других... хотя Оверлорд меня, конечно, скрутит. Меня не возьмут даже гипноз и химия.
- Но вы ведь наверняка можете просто отключить...
- Не могу. Понимаете, приказ отключить защитные барьеры мог бы отдать мне псионик, пробившийся через первые слои защиты. Поэтому изобретая очередное изысканное заклятье, я совал его себе в голову с приказом рекурсивно уничтожить память о самом себе.