— Первое. Ты не увольняешься. Это будет — длительный отпуск по семейным обстоятельствам. Сроком на один год. За тобой сохраняется доступ к базе знаний, к закрытым архивам. На случай, если тебе понадобятся… справочные материалы о местных духах, истории региона, артефактах.
Он открыл папку. Там лежал толстый конверт и несколько документов.
— Второе. Ты остаешься внештатным консультантом МАБР. С символическим окладом. И некоторыми обязанностями. Если на Байкале или в прилегающих регионах возникнет инцидент, попадающий под нашу юрисдикцию — аномальная активность, необъяснимые явления, возможное вмешательство неучтенных сил — ты будешь нашим первым контактом. Первым агентом на месте. Пока не прибудет группа. Это не обсуждается.
Он положил ладонь на конверт.
— Третье. И самое главное. Ты проходишь инициацию. Ты входишь в силу. Но ты не уходишь в тайгу отшельником. Ты не становишься… только шаманом. Ты остаешься агентом МАБР. Твои новые способности — на службе у агентства. Это не просьба, Алексей. Это условие сохранения твоего статуса, доступа, защиты. И… — он сделал паузу, — Илса работает с тобой. У нас же. Ведьмы вечно во что-нибудь вляпаются… пусть уж на службе.
Я молчал. Его условия были жесткими и… честными. Он не выкидывал меня за борт. Он бросал спасательный круг, привязанный крепким канатом к кораблю.
— А если инициация не удастся? — спросил я тихо.
— Если не смогу принять дар? Не справлюсь с ним?
Виктор Сергеевич снова снял очки.
— Тогда, — сказал он без эмоций, — тогда мы будем решать вопрос о твоем дальнейшем статусе. Возможно, о помещении под наблюдение. Для твоей же безопасности. Но давай не будем загадывать плохое. Твой дед — последний настоящий шаман в своем роду. Он готовил тебя, он поможет.
Он протянул мне конверт.
— Здесь — документы, я подписал. Контакты коллег в Иркутске и Улан-Удэ. Наличные. На обустройство на новом месте. Не спорь.
Я взял конверт. Он был тяжелым.
— Спасибо, Виктор Сергеевич.
— Не благодари. Просто прими силу. Теперь иди. У тебя, я полагаю, еще много дел.
Я вышел из кабинета, чувствуя странную смесь облегчения и новой, более сложной ответственности.
Вернувшись домой, я застал Илсу за перебиранием вещей. Квартира напоминала поле боя: сумки с гаджетами, сложенная одежда, коробка с мелочами.
— Ну как? — спросила она, не отрываясь от сворачивания свитера.
— Не уволился. Отпуск. На год. С условиями.
Я коротко пересказал разговор с начальством. Илса выслушала, кивая.
— Логично. Они не могли просто так отпустить такой актив.
— Консультант, а ты моя верная напарница, — добавил я.
— Да, конечно, — она усмехнулась.
— Консультант с правом ношения бубна и вызова духов. А рядом ведьма с вороном. Ладно, это даже весело.
Она подошла, обняла меня за талию, прижалась лбом к плечу.
— Страшно?
— Да, — признался я.
— Но не так, как было страшно здесь, в ожидании.
— Вот и хорошо. Значит, мы движемся в правильном направлении. Теперь давай соберем последний чемодан.
Вечером, когда сумки и чемоданы стояли у двери, мы сидели на кухне и пили чай.
— О чем думаешь? — спросила Илса.
— О деде. О бабушке. Он долго продержался без нее…
Илса погладила меня по руке.
— А ты… не боишься? — спросил я.
Она пожала плечами.
— Не знаю. Я читала доступную информацию по поводу связи между ведьмой и шаманом… Не так и страшно.
Илса взяла мою руку в свои.
— Я справлюсь.
Я молча поцеловал ее.
На следующее утро такси увезло нас в «Шереметьево». Самолет, оторвавшись от взлетной полосы, накренился, набирая высоту, и Москва под его крылом превратилась в тысячи игрушечных домиков, а затем и вовсе скрылась в плотной пелене облаков.
Мы летели на восток. Навстречу озеру, тайге, силе. К деду.
И навстречу той части себя, которую я боялся узнать.
Россия. Старый шаман
Самолет тряхнуло, когда колеса коснулись бетона. Долетели до аэропорта Иркутска. Я посмотрел в иллюминатор. Поле, взлетно-посадочная полоса и далекая темная полоска леса вдалеке.
Илса спала, положив голову мне на плечо. На ее пальце темно-зеленый турмалин ловил тусклый свет, отбрасывая на кожу бледные блики. Я разбудил ее легким поцелуем в висок.
— Мы прилетели.
Она моргнула, отстегнула ремень безопасности и потянулась.
— Ну что, шаман, дома?
— Почти, — ответил я, в свою очередь отстегивая ремень.
— Еще часа полтора — два дороги.