Все желания всегда исполняются буквально, превращая мечты в кошмары. Не стоит желать то, за что не сможешь заплатить.
3
Наверное, нужно объяснить, почему я, как правило, работаю один. Ведь обычно, как большинство и уверено, агенты работают парами. Но не я…
Каждый раз, когда меня спрашивают об этом, мои пальцы сами собой тянутся к шраму на левой руке — звездообразному следу от ножа Олега. Пять лет прошло, а рана все еще болит перед дождем.
Я и мой напарник Олег отправились на вызов, пришедший из Владивостока. Тогда, в конце ноября, портовый город окутал густой туман — не обычный, а липкий, оставляющий на коже ощущение чьих-то пальцев. Мы шли по пустынной набережной, где фонари мерцали, как свечи на поминальном столе. Наш объект — старый склад с вывеской «Рыбпром» вырастал из тумана темной громадиной.
— Ты чувствуешь? — Олег остановился, сжимая в руке оберег — медного дракона, которого я подарил ему на день рождения.
Его пальцы побелели от напряжения.
— Здесь пахнет…
— Гнилыми мандаринами, — закончил я за него.
Так пахнет магия их Хулудао — китайских чернокнижников из этого региона.
Мы вошли внутрь.
Склад оказался пустым, если не считать ржавых рыболовных сетей, свисавших с потолка, будто паутина какого-то гигантского существа. Еще груда лежала около одной из стен. В центре склада маслянисто поблескивала лужа воды, в которой плавал…
Детский ботинок. Красный, с развязанным оборванным на конце шнурком. Мне стало жутко.
— Алекс, — Олег указал на стены.
Они были исписаны иероглифами, но не чернилами — чем-то темным и липким.
— Это свежая кровь, — прошептал я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
— Не старше часа. Детская.
В этот момент сети над нами вздрогнули.
Олег первым заметил «его» — существо: наполовину слизняк, наполовину человек со странно вытянутыми руками. Он отделился от стены, где прятался в тени Его рот был слишком большим, заполненным рядами крошечных зубов.
— Беги! — крикнул я, выхватывая свой заговоренный нож с костяной ручкой.
Но Олег не двинулся с места. Потом я понял почему…
— Алекс… — когда он обернулся, я увидел, как его глаза затягивает молочная пленка.
Его улыбка была самой страшной вещью, которую я видел — неестественно широкая, будто кто-то разрезал ему щеки от уха до уха.
Существо закричало что-то на древнем китайском диалекте.
— Ни дэ лингхун дянг ши во де йонгншенг диу чхэнг! [Твоя душа завершит мое бессмертие!]
Эти слова врезались мне в память. А Олег… Шагнул навстречу к нему. Я схватил его за куртку, но он неожиданно сильно рванулся в перед. Затем развернулся и всадил мне в руку свой нож. Я успел ее подставить в последний момент. Его нож также был заговоренным. Я свалился на пол, корчась от боли.
Я до сих пор слышу, как хрустнули его кости, когда существо обвило его, как удав. Как он кричал — не только от боли, а от чего-то худшего. Помню, как существо, закончив трапезу, повернуло ко мне свою голову…
И ушло. Оставило меня в живых.
И самое страшное… Он все еще жив. Иногда, когда я вхожу в транс или вызываю духов, я слышу его голос.
— Алекс… вытащи меня…
Но я не могу. Потому что то, что говорит — это не Олег. А то, что осталось от него на том складе.
А самое невыносимое — это я виноват в том, что с ним случилось. Это я не проверил почту, перед выходом. В ней наши «умники» прислали предупреждение о китайцах. Мы с Олегом полагали, что происходящее в городе имеет другую причину. Я должен был проверить почту. Должен… но не стал.
Тогда, то существо, «сожрав» Олега, беспрепятственно убралось со склада, пока я валялся в отключке от боли. Очнувшись мне осталось только доложить начальству…
В том ноябре во Владивостоке пропало десять детей. Никого из них так и не нашли. Анализ крови со стен склада показал ДНК нескольких пропавших. Следы переродившегося чернокнижника затерялись где-то в Китае. Его обязательно достанут, я получу свою месть, но это не вернет мне друга.
Каждый год 30 ноября я получаю письмо без обратного адреса. От конверта всегда исходит легкий запах гнилых мандаринов. В нем — фотография Олега. Он стоит на том складе. И с каждым годом на фото он все ближе к двери… Я знаю, что когда-то «он» придет ко мне…