"Мы называем их Salontiroler!" — засмеялась княгиня, у которой был летний дом в этих горах, где она ожидала визит Ирмы и Ланни в тот самый день, когда их браку настал kaput.
Служанка ввезла на колесиках чайный сервиз в гостиную, а затем ушла, закрыв за собой дверь. Хильде разлила чай, а затем, как часть ритуала, взяла "Тёплый уют", своего рода шапочку из теплоизоляционного материала, устанавливаемую на чайник, чтобы сохранить тепло внутри, и тщательно установила этот объект на телефон. Там в Берлине существовало распространенное мнение о том, что нацисты имели какое-то устройство, которым они могли прослушивать разговоры, даже когда телефон был отключен. Ланни сильно сомневался, что это было так, но его знание электрики было недостаточным, чтобы рисковать своей собственной жизнью или жизнью своих друзей. Он видел эту чайно-уютную процедура более чем в одном доме, и никогда не удивлялся, если хозяин или хозяйка вдруг вскакивали, выходили, молча, к двери, открывали ее и выглядывали наружу. Иногда человек извинялся, а иногда шёл на место, как будто ничего не случилось.
Хильде быстро оглядела две двери, а затем подвинула свой стул поближе и начала сплетничать. — " Also, Ланни, вы слышали новость о unser kleine Doktor?"
Возможно, в Нацилэнде могло быть много маленьких докторов, но для Хильде и ее гостя существовал только один. Он был коротким, хрупким и хромал на изуродованную стопу. Чтобы компенсировать эти недостатки, у него было пара острых глаз, острый ум и настолько широкий рот, что, когда он открывал его и кричал, весь мир слышал его. Он был одним из двух самых страшных людей в Нацилэнде, другим был Гиммлер, глава гестапо. Теперь Хильде светилась от восторга, и, хотя она говорила полушепотом, ее голос нес острые ощущения. "Юпп" наконец получил то, что заслуживал. Киноактёр возражал против приставаний" Юппа" к его жене.
Популярный Густав Фрёлих пролежал в засаде на "Юппа" и нанёс ему побои. После чего Юпп обратился к Гиммлеру, который приказал бросить актера в тюрьму. После чего друзья актера собрались и отделали Юппа, как следует. Так что теперь он в постели, выдавая, что пострадал в автомобильной аварии. Herrlich! Московское радио узнало эту историю и транслировало её прошлой ночью. Ланни не слышал? Die ganze Welt слушал Москву в эти дни. Это был единственный способ, узнать правду о том, что делается в Берлине. Магда Геббельс, жена маленького доктора, таким образом узнала эти факты, и теперь она задаёт Юппу третью трёпку, самую худшую из всех. Unschätzbar!
Ланни имел честь встретить семейную пару Геббельсов в начале своей нацистской карьеры. В своих усилиях помочь Йоханнесу Робину он обратился к Генриху Юнгу, который привёл его к Магде. Ланни никогда не узнал, что случилось после этого. Видимо, доктору Роберту Лею, нацистскому руководителю Департамента труда, первому пришла в голову яркая идея захвата еврейского миллионера и его яхты. Затем доктор Геббельс, который называл доктора Лея пьяным дебоширом, принял блестящее решение отобрать его у доктора Лея. Затем Рейхсминистр Геринг, назвав доктора Геббельса безобразной обезьяной, решил заграбастать себе еврейского миллионера со всем его имуществом. Конечно, Ланни не сказал Хильде ни слова об этом. Он просто сказал, что он был в доме Геббельса, и нашел маленького доктора остроумным и восхитительным компаньоном.
"У него раздвоение личности", — прокомментировала женщина. — "Когда он выступает в своей общественной роли, то становится так свиреп, так grausam, что заставляет содрогнуться".
— Я предполагаю, что он профессионально относится к своей работе. Он начинал, как журналист, а газетчики все должны делать то, что в Америке называется избрать 'линию поведения', когда такой человек попадает в политику, он переносит туда такое же отношение.
"Ach, ja, но должен ли он становиться таким Raubtier по отношению к молодым женщинам?" — Хильде встала и подошла к двери своей гостиной, открыла ее, а затем вернулась. — "Это ужасное уродство имеет в своей власти весь мир сцены и кино. Это часть его департамента пропаганды. Каждая молодая и привлекательная актриса должна приходить к нему на его холостяцкую квартиру на Ранкештрассе и подвергаться любым унижениям, каким ему заблагорассудится. И бедная Магда должна слушать об этом по радио Москвы, не говоря уже про все анонимные письма".