Святые лемурчики! Сама же загнула себя в ловушку! Нужно было сказать, что не встану из-за стола, пока не съем целого поросенка!
“Ага, а потом самой стать поросенком”, — ехидно добавил внутренний голос. А что? Это идея! Нет, не в плане, что нужно отъестся до размера с пятью иксами. А вот имитировать недомогание…
— Что-то мне не хорошо… — промямлила я, едва переступив порог нашей спальни. Никогда не умела врать. За что, собственно и поплатилась, попав в эту заварушку. Соври я, что у меня на сегодня запланирован поход к смертельно больной тетушке, быть может, я бы сейчас мирно спала в своей кроватке, а не думала как отлынивать от близости с этим малознакомым типом. Но сегодня я была в ударе. Лестер купился безоговорочно.
— Не хорошо? Но в агентстве уверили, что ты абсолютно здорова, — муж нахмурился, словно ему подсунули тухлую рыбу вместо свежего завоза.
О каком агенстве шла речь? Я понятия не имела. Но собиралась это обязательно выяснить. Но это потом. А пока как можно безразличнее пожала плечами, уронив голову вниз.
— Ты можешь освежиться в ванной, — брюнет взглядом указал на дверь, ведущую из спальни.
Я быстро прошмыгнула в ванную и забаррикадировалась изнутри. Надеясь на чудо? Как бы не так! Рассчитывая на спасение. Увы! Ни одного окна! Даже форточки для проветривания здесь не было! Оставалось лишь тянуть резину как можно дольше. А еще была надежда на то, что удастся выпроводить Лестера и сбежать. Только бы найти предлог. Вот уж чего я не ожидала, так это того, что предлог найдется сам.
— Если тебе становится хуже, я схожу за лекарем, — предложил муженек. Я довольно просияла и постаралась придать голосу болезненности.
— Спасибо, — и, прежде, чем за супругом скрипнула дверь, ехидно добавила, — твоя помощь просто бесценна.
Не знаю, уловил ли Лестер мой тонкий намек на то, что не все в этом мире имеет цену. Но мне очень хотелось, чтобы он запомнил слова, которые ему сказала жена напоследок перед тем, как навсегда исчезнуть.
Я позволила себе лишь секундную передышку. А затем остервенело, словно солдат при команде “рота подъем” принялась стягивать с себя это злополучное платье, с которого и начался этот весь сыр-бор. Тугая шнуровка корсета, пышные кольца фатиновой юбки — больше не заботясь о сохранности вещей, я бросала все детали туалета вниз, прямо на кафельный пол ванной. И лишь оставшись в нижнем белье бросила быстрый взгляд в зеркало. Чтобы замереть на месте, обхватив руками щеки.
Словно змеиная кожа, так и маска Весты сползала с меня вместе с платьем, являя миру меня. Настоящую меня, Анну Зыкову! Обладательницу пусть и не такой примечательной внешности, как у Весты Параун, но вполне себе симпатичной девушки чуть за двадцать. Сердце гулко забилось, а губы изогнулись в улыбке. Это был выход!
Иногда и окно дверь
Я прекрасно понимала, что времени у меня совсем не много. Не успею оглянуться, как мой ненаглядный супруг вернется с лекарем. Вот только я сделаю все, чтобы лечить им было некого.
Больше я не стала терять ни секунды. Скинула с себя злополучное платье, наслаждаясь своим родным отражением и телом в целом. Вот только незадача, на мне осталось лишь белье. Да, и без денег бежать — не лучшая из идей.
Приоткрыв дверь, я высунула нос из ванной комнаты, проверяя, действительно ли там пусто. Убедившись в этом, я счастливо выдохнула и открыла ее нараспашку. Быстро оглядевшись по сторонам, я первым делом подбежала к белоснежному шкафу, массивным акцентом, расположившимся в комнате.
— Только бы, только бы, — прошептала я, хватаясь за ручки. Зажмурилась, чтобы не сглазить, и быстро отворила створки. — Да!
Тихое, но победное восклицание вырвалось из груди само собой. А все потому, что моему взору предстали сразу пять чудесных платьев.
— Заботливый супруг не оставит свой бриллиант без оправы, а то как хвастать перед друзьями? — прицокнула я языком, но больше язвить не стала. Тем более, никто не слышит, а значит, оттачивать мастерство сарказма я буду в другой раз.
Выбрав серое платье, что больше всего мне напоминало дорожное, я нырнула в него, едва успев снять с вешалки.
Слава лемурам, пуговицы вместо корсетных затяжек. Ну, хоть кто-то беспокоится о комфорте женщины. Уверена, что это не мой благоверный, а портной.
Быстро упаковав свои верхние девяносто в это платье, довольно ярко их подчеркивающее, я еще несколько секунд смотрела на фиолетовое. Там декольте было наглухо закрыто. Вот только цвет… Нет, в нем далеко не убежать. Решено.