Мария успела рассказать, что Амон стирал любые следы. Они усердно работали над тем, чтобы их члены владели минимальной информацией.
«Они меняли машины для того, чтобы никто вообще не знал, откуда пришел груз и куда он идет».
Рид бы не удивился, узнав о том, что подобных складов было много на каждом используемом направлении.
– Это все, что мне известно, – задыхаясь добавил мужчина. – Клянусь.
– Нет, – сказал Рид. – Ты из Амона. Ты должен знать больше. Где все остальные из твоей компании? Где штаб-квартира?
Пленник не ответил, лишь покачав головой и уставившись в пол.
Рид знал, что дальше с пустыми угрозами он не зайдет. Он слегка притянул руку мужчины и снова принялся вкручивать штопор. Металл проник глубже и проскользил между лучевой костью и локтевым суставом.
Заложник откинул голову и взвыл.
– Где?
– Это... не... одно место, – обрывками произнес он. – Мы... везде...
– Говори, – пригрозил Рид. – У нас много времени, – это было не совсем правдой. Трое его напарников, лежавшие в комнате, были связаны лишь лентой. Они смогут выбраться при желании.
Он снова прокрутил штопор. Мужчина попытался закричать, но это было больше похоже на хриплое шипение.
– Тебе должно быть что-то известно, – сказал Рид.
– Ш...ш...ш, – бормотал пленник.
– Что?
– Шейх...
– Шейх? – нахмурился Рид. – Мустафа? И что?
– Он знает... знает... – заложник испытывал сильнейший приступ шока. Половина его лица была ярко-красной от взрыва, а вторая бледной от боли и потери крови. – Он знает.
«Знаешь, Шейх... Свист пули звучит одинаково на всех языках».
– Ложь. Шейх у нас. Его уже пытали, – ответил Рид. – Он ничего не знает. Он трус. Просто козел отпущения.
– Шейх, – снова повторил он. Его голос был чуть громче шепота. – Он не... он не... – его глаза закатились и он упал вперед. Рид не успел поймать парня и тот ударился лбом о чугунную ванну. Он потерял сознание то ли от болевого шока, то ли от потери крови.
– Шейх не что? – застонал Рид от разочарования.
Не говорил правду? Шейх ничего не знал. Он уже и сам вспомнил это. Он был фальшивкой, они потеряли след. Этот парень был из Амона и, скорее всего, пытался сбить с правильного пути.
«А что, если это не так? – подумал Рид. – Что, если он пытался сказать что-то о Мустафе?»
Парень вынес неплохую пытку. Шейх же находился в бункере ЦРУ в Марокко. У Рида не было шансов пробраться туда, оставаясь незамеченным.
Он медленно встал и смыл кровь с рук в грязной раковине. Оставив штопор прямо в теле пленника, Рид полез проверять карманы. Он достал сотовый телефон. Но, как и в стучае с Отцом, там не было сохранено никакой информации: ни журнала вызовов, ни контактов.
Рид набрал номер экстренной службы – 112. Это был европейский аналог телефона 911. Раздался спокойный женский голос. Снова словенский язык.
– Вы говорите по-английски? – спросил Рид.
– Да, что случилось? – ответила она.
– Тут пожар, – он продиктовал ей адрес склада, а затем повесил трубку и бросил телефон в ванну. Взяв пистолет с бачка, Рид накинул рюкзак на плечо.
В гостиной один из парней уже работал над тем, чтобы снять свои импровизированные оковы с запястий, периодически дергая клейкую ленту на лодыжках. Увидев незнакомца, он потянулся за оружием. Но Рид держал свое наготове. Он выстрелил. Патроны .357 были здоровыми, практически пьянящими. Пуля попала прямо в лоб, оставив впечатляющее отверстие.
Рид заткнул пистолет за пояс. Затем с абсолютно незначительным усилием отодвинул плиту от стены и вырвал газовый шланг.
Еще двое также пришли в себя и лишь молчаливо наблюдали за ним, широко раскрыв глаза. Он знал, что не может оставить их в живых, особенно члена Амона. Они тут же сообщат о нем. И они вычислят путь Агента Зеро.
Рид остановился в дверях и достал из сумки второй баллончик с привязанной сбоку ракетой. Он поджег фитиль, бросил бомбу на пол и быстро сбежал по лестнице. Спустя три секунды раздался первый взрыв импровизированной бомбы. Еще через одну прогремел второй. Вся квартира была сожжена в мгновение ока. Окна вылетели наружу, а стены обвалились. Огненный шар вырвался сквозь открытую дверь на лестничную площадку. К тому времени, Рид уже был на первом этаже, выходя через стальную дверь на холодный ночной воздух.