- Вы бы не одобрили, - честно признался Ньялсага, не сводя глаз с ведьмы.
- Святые ежики, да уж конечно! – возмущенно воскликнул Бахрам.
Глаза Гинзоги метали молнии.
- Говори, что за сделка? – приказала она.
Ньялсага перевел дух, хотя расслабляться было еще рано. Он мельком взглянул на Кемена: тот зорко следил за каждым движением ведьмы.
- Взаимовыгодная. Если коротко: предлагаю мою жизнь в обмен на жизни других и фарфоровый медальон впридачу.
- Что?! – одновременно воскликнули Ява и Алина.
Гинзога коснулась украшения.
- Медальон? Как ты узнал о нем? Как догадался, что это такое?
- Узнал. И еще одно условие: ты уберешься отсюда, никому не причинив вреда. Это вкратце, детали обговорим позже. Согласна?
Гинзога стиснута в кулаке медальон.
- Нет, проклятый заклинатель! Хочешь обмануть меня, как когда-то Хэрвелл?! Сделка невыгодна!
- Как сказать, - философски проговорил Ньялсага, стараясь не двигаться: Кемен прижал лезвие слишком сильно и заклинатель всерьез опасался, что еще немного – и тот зарежет его, не дожидаясь развития событий.
- Ты получишь того, за кем много лет охотится Сумеречный Орден! Когда ты преподнесешь им такой подарок, разве они не захотят отблагодарить тебя? Разве откажутся снять проклятие? Для них это сущая безделица, а для тебя – вопрос жизни и смерти. Жизни и смерти, Гинзога, - он постарался вложить в свой голос побольше издевки. - Не правда ли, забавно звучит, если речь идет о том, кто давно уже мертв?
Он с удовольствием посмотрел на исказившееся от ярости лицо ведьмы и продолжил:
- Ладно, не хочешь, как хочешь. Тогда можешь полюбоваться, как потомок Хэрвелла прикончит меня на твоих глазах. Будет что вспомнить, когда смертельное проклятие настигнет тебя!
Гинзога топнула ногой.
- Лжешь, заклинатель! Твой друг не сделает этого!
- Он мне не друг, - ответил Ньялсага, снова мельком взглянув на Кемена: тот был бледен, но спокоен. - Потому-то и держит сейчас нож у моего горла. Друзья вряд ли смогут убить меня, но потомок Хэрвелла сможет!
- И чего ты добьешься? - выкрикнула Гинзога. - У меня останутся бессмертные!
Она сделала шаг вперед, Ньялсага тут же почувствовал, как что-то теплое поползло по шее. Кровь. Слова у Кемена не расходились с делом.
- Назад, ведьма! – приказал Кемен.
Трефалониус громко проглотил слюну. Глаза его внезапно сделались пустыми и угольно-черными, как недавно, в «Химере».
- Если ты его убьешь… - ведьма сжала кулаки. – Я сделаю так, что ты пожалеешь о том, что на свет родился!
- Ты и так это сделаешь, - ответил Кемен.
Струйка крови поползла за воротник, Ньялсага поморщился.
- Лучше не зли его, Гинзога. Я заставил его поклясться, что он убьет меня, если ты не согласишься на сделку. Не сомневайся: он это сделает. Ты хорошо знала самого Хэрвелла, чтобы понять, что его потомок точно такой же - упертый категоричный фанатик. У него аура цвета огня, если тебе это о чем-то говорит.
Гинзога поспешно шагнула назад.
- Аура? – переспросил Кемен.
- Я их вижу, - пояснил Ньялсага. - Цвет ауры многое может сказать о характере человеке, о его будущем. Ну, и еще кое-что по мелочам.
- Сказки все это, - пробурчал «Бриммский василиск».
- Твоя аура синяя, если тебе интересно, - сообщил заклинатель.
- И что это значит?
- Поиск.
- И чего я ищу? – скептически поинтересовался Лютер.
- Не чего, а кого, - пояснил Ньялсага. – Себя.
В ответ Лютер пробормотал что-то неразборчивое.
- Не хочешь, не верь, дело твое, - Ньялсага снова перевел взгляд на ведьму.
- Продолжим светскую беседу, Гинзога. Гм… значит, говоришь, у тебя останутся бессмертные?
Он мельком глянул на друзей.
- Останутся… но Ордену гораздо важней я. Им нужен Соранг, а кроме меня никто не знает, как его вызвать! И, Гинзога, - в голосе Ньялсаги появилась вкрадчивость. - Что будет, если те-кто-в-сумерках узнают, что заклинатель, тот самый, который умел призывать волшебный ветер, погиб по твоей вине? Думаешь, они простят тебе мою смерть? Нет! Они отомстят тебе и отомстят жестоко. Например, добавят кое-что к твоему проклятью. Они могут, ты знаешь!
Гинзога с досадой прикусила губу.
Целую вечность мертвая ведьма хранила зловещее молчание, потом устремила ледяной взгляд на Кемена.
- Опусти меч, потомок Хэрвелла, - прорычала она.
Кемен не шелохнулся.
- Опусти меч! – рявкнула ведьма. – Я согласна!
Ньялсага, помедлив, кивнул и Кемен опустил оружие. Заклинатель вытер ладонью кровь с шеи.
- А теперь, Гинзога, поговорим о деталях.
… Вечер уступил место ночи. С моря медленно ползла сизая клубящаяся мгла, захватывая сначала берег, затем – набережную и город, а потом – и весь белый свет.