Я быстро-быстро закивала, сжимая в кулаке кулон. Да! Я тоже готова стереть в порошок проклятого инститора! Разорвать голыми руками? Заманчиво как… И не смотреть больше на его высокомерное лицо. Не отводить взгляда от пронизывающих глаз. Забава печально улыбнулась и понимающе похлопала меня по плечу.
– Но… стоит этому идиоту не появляться пару дней, как я места себе не нахожу, – продолжала она, и я растерянно моргнула. – Так и хочется самой найти его… чтобы глаза выцарапать! И это сводит меня с ума. Я испытываю величайшее наслаждение, демонстрируя своё тело, но меня пугает даже мысль о том, чтобы раздеться перед ним… И злость моя от этого только растёт. Так что, да! Я тебя понимаю.
Я нахмурилась и отодвинулась от русалки.
– Ты о чём? – подозрительно уточнила я. – Или о ком? Что-то я не понимаю, что ты понимаешь…
– Я тоже влюбилась, – жалко улыбнулась она и порывисто обняла меня: – И я понимаю, почему ты отказалась выйти замуж за Вукулу… Лично я бы прибила на месте, предложи Лихо мне выйти за него!
Я хихикнула, опускаясь на стул.
– Что? Лихо?!
Она рассеянно кивнула.
– Сегодня, когда он пришёл, мы впервые остались наедине. Я места себе не находила, пока он торчал в кабинете инститора… Еле дождалась, пока Лихо свалит. И за что мне это?!
Я покачала головой: так вот почему Забава постоянно рычит на Степана, а сама потом первой звонит ему? Пальцы мои коснулись раскрытого от изумления рта. Так вот почему она мрачнеет, когда тот на задании! Я невольно рассмеялась: русалка влюбилась? Это надо где-то записать!
Забава по-матерински погладила меня по голове, принимая мой смешок за нервный.
– А Вукула сегодня целый день торчал на улице, – мягко проговорила она. – Наверняка, он сожалеет от той вспышке. Ты же понимаешь, что это всё полнолуние? Может, дашь ему ещё один шанс? Ты же сама мне призналась, что хочешь убить его…
– Вукула? – взгляд мой скользнул к окну, но мысли витали в кабинете инститора. – Не вижу… Ушёл, наверное. Да и чёрт с ним! – Я схватила русалку за руку: – Зачем он приходил? Я про Лихо! Что он забыл в кабинете инститора?
Забава пожала плечами, высвобождая мою руку.
– Он мне не сказал, – буркнула она. – Я слушала лишь шаги и вздохи. Хотелось зайти и огреть его стулом, чтобы заткнулся! Хотя… Кажется, он что-то принёс. Видела чёрную папку в его руках. Когда Лихо уходил, её с ним не было.
Я решительно выдвинула ящик, а пальцы мои нашарили прохладное железо запасного ключа.
– Ну-ка пойдём, – проговорила я, засовывая кулон в карман. – Посмотрим, что полицейский притащил своему другу…
Забава что-то ворчала себе под нос, но я не прислушивалась. Чутьё подсказывало мне, что папка эта важная, а я совсем недавно дала себе слово слушать свой внутренний голос. Замок проскрипел, и дверь распахнулась. В кабинете было совсем темно, но включить свет я не решилась. Генрих мог вернуться с минуты на минуту, поэтому я быстро прошла к его столу и пошарила по его поверхности. Папка обнаружилась сразу.
Телефон мой пискнул и осветился фонариком. Я присвистнула, и Забава с любопытством вытянула шею.
– Что там?
– Имена и суммы, – прорычала я. – Вот же гады! И как я сама не догадалась?
– О чём?
Я обернулась и посмотрела русалке в глаза, мерцающие в свете фонаря. А губы мои задрожали от ярости.
– Это список жертв той ведьмы! – рявкнула я. – Лихо с инститором сговорились за моей спиной! А я не обратила внимания… Эх! Генрих при мне отдал список полицейскому. Я-то наивная подумала, что тот хочет собрать показания или оповестить всех радостной новостью о кончине шантажистки!
Глаза русалки расширились:
– Разве нет?
Я ткнула листом ей в лицо:
– Да посмотри на суммы! Эти двое решили продать собранный ведьмой компромат! Лихо записал сколько каждый из них готов заплатить… И готов ли! Видишь, около некоторых имён прочерки? Пришибу!
– Встань в очередь! – В глазах русалки появилось понимание, а в голосе послышались угрожающие нотки. – Не предполагала я, что Лихо такой прохиндей! А с виду порядочный полицейский! Это же надо, раньше он просил тебя украсть воспоминания свидетелей, а теперь ещё и шантажом не брезгует! Ну всё, от нас он не уйдёт!