— Если возьмётесь за Редверса, — заговорил вдруг Вернер, — будьте осторожны. Поговаривают, что он весьма опасен.
— Ходят слухи, или известно что-то конкретное?
— Скорее, слухи. Но дыма без огня, как известно, не бывает. Болтают, что он… решителен с должниками. Может подослать кого-нибудь, чтобы поучили.
— А вы сами знаете кого-нибудь из тех, кого Редверс проучил?
Вернер покачал головой.
— Говорю же, он здесь недавно.
— Так может, те двое молодчиков, что банкуют вместе с Редверсем, нарочно распускают слухи, чтобы Брайтонские игроки платили исправно?
— Кто знает…
Было заметно, что доктор моё предположение верным не считает, но спорить не хочет.
Перед тем, как уходить, я попросил его выйти из грота, сославшись на то, что хочу в одиночестве почувствовать атмосферу места. Вернер фыркнул, но подчинился. Как только он исчез, я выпустил фамильяра.
— Можешь определить, имело ли здесь место колдовство?
Кот медленно прошёлся вдоль стен, покружил в центре и вернулся ко мне.
— Пляши, хозяин! Тебе снова повезло. Есть, кому заплатить за расследование?
— Тебе-то что? Лучше скажи, какой ритуал здесь проводился?
— Не могу. Маг слишком силён. Позаботился замести следы.
— Серьёзно? Никаких зацепок?!
Джексон покачал ушастой головой.
— Увы. Придётся тебе самому пыжиться.
Вот блин! А я-то губу раскатал. Ну, ладно, самому, так самому.
Когда добрались до администрации Брайтона, Вернер пошёл к себе, а я направился к Ласи и застал начальника местной полиции за чтением бумаг. Он отложил их при моём появлении на край стола, прижав пресс-папье.
— Вы, господин Ласи, должны мне кое-что объяснить, — с порога объявил я прежде, чем усесться напротив полицейского.
Тот нахмурился.
— Должен?! — начал он медленно.
— Во-первых, как вам удалось сохранить втайне два убийства, совершённых в общественном месте, да ещё и с таким малым интервалом? Во-вторых, почему вы утаили от меня результаты работы вашего ведомства? — проговорил я, игнорируя его тон.
— О чём это вы? — во взгляде Ласи раздражение сменилось любопытством.
— Две женщины прибыли в Брайтон и были убиты. Преступник пытал их, явно желая от них что-то узнать. Стало быть, он точно не знает, кто именно владеет секретом, который его интересует. Но он убеждён, что это молодая женщина, вероятно, прибывшая в Брайтон в сопровождении другой особы женского пола. Возможно, вы выяснили ещё какие-то общие черты, присущие убитым? — я замолчал, пристально глядя собеседнику в глаза.
Ласи улыбнулся.
— Что ж, — сказал он, — я вижу, вы хорошо решаете ребусы. Теперь ясно, почему барон попросил вас… помочь.
Я склонил голову набок в знак того, что внимательно слушаю.
— Ладно! — Ласи вдруг хлопнул ладонью по столу, будто решившись. — Расскажу всё, как есть! На этот раз ничего не утаю.
Надо же, как мило! Вот это одолжение.
— Сохранить убийства в секрете мы смогли только потому, что здешняя публика рано не встаёт, а тех служителей, которые обнаружили тела, я держу взаперти. Незаконно, однако, никак иначе рты им не заткнёшь: такой уж народ. Как выпьют лишку, так начнут на ухо рассказывать каждому встречному поперечному, и глядишь — уж весь Брайтон в курсе!
— А что насчёт женщин? — вставил я.
Полицейский кивнул:
— И тут вы правы, господин Блаунт. Обе прибыли в Брайтон в один день, на одном поезде. Так что, думаю, убийца попутал их с кем-то.
— Вы остальных женщин нашли, которые тем поездом приехали?
Ласи развёл руками.
— А как же! Всех взяли под наблюдение. Вот уже второй день, как ждём.
Чего-то в этом роде я и ожидал.
— На живца ловите, значит?
— А что остаётся?
— Не говорили с женщинами?
— А что я им скажу? — удивился полицейский. — Если вокруг да около ходить, они не поймут, о чём речь, а если прямо сказать, то можно в кутузке служителей парка и не держать — всё равно весь город узнает обо всём до конца дня.
Я кивнул, соглашаясь.
— Обыск проводили дома у убитых?
— Ясное дело.
— Каковы результаты?
Ласи пожал плечами.
— Мы ведь больше для проформы. Что там у них искать-то?
— Но список вещей составили?
— А надо было?
— Составьте.
— Как?! — удивился Ласи. — Снова людей посылать?
— Ничего. Надеюсь, компаньонка и сестра ещё в Брайтоне?
— Им велено не покидать город до конца расследования.
— Странно, что они не разболтали об убийствах.