— То есть… — Лида завертелась в ситце. — Сегодня мне приехать в офис?
— Да, Вам придется заехать в офис за телефоном и поехать в пункт А…
— Это разве не в Вашем агентстве?
— Нет, — покладисто отвечала Алина. — За Носовихимским шоссе, в семидесяти пяти километрах от МКАД есть дачный поселок Игнатово. Он в последние годы непопулярен: у людей часто ломалась техника и выявлялись неизлечимые болезни. Такое случается из-за каждодневной нагрузки, от проживания в мощной энергетической зоне. Сейчас там почти пусто, так что Вам не помешают.
— Простите, я поеду одна? — перебила Лида.
— Да, таковы условия. На случай, если у Вас нет машины…
— Нет, — опять перебила Лида, — я передвигаюсь на общественном транспорте…
— Так вот, на этот случай я могу подвезти до Игнатово и подождать Вас в автомобиле.
— Хорошо, спасибо. Куда мне идти в этом Игнатово?
— В поселке есть холм, его сложно спутать с другими. Метров десять высотой… Вы сразу сориентируетесь, это прямо от остановки, по песчаной тропе, в калитку садового товарищества, двести метров до развилки и направо.
— Сможете провести, если я вдруг разнервничаюсь и запутаюсь?
— Вы справитесь, — воодушевленно напутствовала Алина. — Хотите совет?
— Не помешало бы, — Лида окунулась до икр в бирюзовый лен.
— Не бойтесь, — сказала Алина со смешной легкостью. Лида замерла немым узором в проеме кухни:
— Не бойтесь?
— Да, люди часто доходят до самой вершины и бегут впопыхах вниз, потому что не готовы к диалогам. Одно дело думать, а другое — делать. Но если вы чего-то хотите — неверно отказывать себе из-за вероломных страхов.
— Спорное утверждение, — аукнулась пословица про две стороны медали.
— Не знаю, я руководствуюсь этим правилом всю жизнь. До встречи, милая.
Алина положила трубку.
Зной поцеловал Лиду золотыми губами, чайник завопил крутым клаксоном, кипяток распустил пряные цветы в кружке.
Лида съела неплотный завтрак из овсянки с голубикой, сплела толстую косу и положила на бирюзовую спину. Через семь минут вышла к пестрым рифам палисадника, и детская карусель закачалась акварельной медузой перед взглядом. Лида была рассеянной.
Солнце осыпало крупными монетами и провело мимо зеленой качели ветвей, вдоль бетонной цепи по правую руку.
Переход с неприличной романтикой вывел наружу. Лида пересекла зебру диагональю, миновала круглую арку насквозь и осветила сторожа улыбкой частого гостя.
— К Игнатовой, 22-ая, — гостью пропустили внутрь безразличным взмахом руки. Все те же безымянные потрепанные прямоугольники в кнопках. Перевернутая ладья штор, подвязанных неряшливой лентой — а за мутноватым немытым стеклом деревья с обрубленными суками. Как пагоды.
Лида постучала ниже таблички «Момент» и услышала, как вчера, угодливый колокольчик:
— Да-да, войдите.
— Доброе утро, — Лида звучала в тон серебристому колокольчику, и нехотя прогремела чугунным языком.
— И Вам доброе, — сегодня Алина носила футляр из гипюра, в синих кружевных пионах. — Хорошо, что Вы заранее — есть время тщательнее ознакомиться с оборудованием.
— Разве это не обычный мобильный? — удивилась Лида.
— Верно, самый стандартный, просто такие условия — мы обязаны предупредить недопонимания, чтобы в процессе Вы не отвлекались на технические аспекты. Готовы?
— Конечно, — голос смешался со страхом. На столешнице появился большой старомодный кошелек — Алина отщелкнула головки спиц и запустила белые руки в слепое нутро. — Simson, A1, — телефон в раскрытых ладонях. — Как видите, ничего необычного. Кнопки вызова и отключения, набор цифр от нуля до девяти, решетка и звездочка — они Вам, кстати, не понадобятся. Вам, в принципе, нужно лишь три — зеленая и две цифры. Нажмете и выскочит серое поле — это ненадолго, оно исчезнет, когда абонент примет звонок.
— А если я случайно нажму ухом и сброшу — я могу перезвонить? — поинтересовалась Лида. — Естественно, в пределах отведенного часа.
— Вам перезвонят, если захотят, — заверила Алина. — Но постарайтесь избегать такой ситуации — неаккуратность может усугубить положение или обидеть усопшего.