До спальни меня тоже донесли, и там аккуратно уронили спиной на широкую кровать. А вот тут мы уже не спешили, наслаждаясь каждым мгновением, раздевая друг друга неторопливо, внимательно изучая и пальцами, и ртом. Я плавилась, распадалась на множество осколков, чтобы собраться вновь в единое целое и вздрагивать от уверенных, медленных ласк Рэма. Мои подушечки скользили по мощным мышцам, обводили выступавшие вены, губы выкладывали замысловатые узоры на тёплой, гладкой коже. Когда же ладонь барса провела по бедру, мягко отведя мою ногу в сторону, и его пальцы добрались туда, где сосредоточился весь жар желания, я тихо застонала, подавшись навстречу и зажмурившись до разноцветных кругов. Словно сквозь туман услышала негромкий, хрипловатый шёпот:
- Рыся моя
После этого сознание уплыло в далёкие дали, оставив мне чистое наслаждение и нараставший восторг. Мы вместе, мы принадлежали друг другу, я ему, а он мне, и это было восхитительно, волшебно. И правильно. Внутри вместе с ликованием росла уверенность, что именно так правильно. Крепко обняв Рэма за шею, обвив ногами его талию, чтобы как можно полнее ощущать его в себе, прижаться ближе, я стремительно улетала за грань миров, где не останется никого кроме нас двоих и нашего общего наслаждения. Реальность ушла, растворилась, и мой приглушённый вскрик поймали тёплые губы Рэма.
Чуть позже, умиротворённая и довольная, я лежала в кольце сильных рук, слушая, как быстро колотится под щекой сердце барса, и тихо улыбалась. Не хотелось ни обсуждать, что дальше, ни выяснять подробности, как же вести себя завтра на работе. Утром, всё утром А сейчас я просто усну на крепком и ужасно удобном плече мужчины, который меня наконец нашёл.
ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ. ОПАСНЫЕ КАРТИНЫ.
Глава 1.
Следующим утром, квартира некроманта.
Он сидел перед экраном, ожидая ответа от скрывавшегося под безликим ником художника. «Для вашего заказа мне потребуется ваш портрет и портрет девушки, и к этому ваши и её кровь, волосы или ногти. Я напишу номер ячейки на Московском вокзале, где всё оставить. Заказ будет готов примерно через полторы-две недели, если раньше извещу. Аванс переведёте на реквизиты, напишу чуть позже. Обязательное условие после того, как картина выполнит своё назначение, её надо уничтожить». На последнее предложение некромант хмыкнул и усмехнулся.
- Ну я же не убийство задумал, - вполголоса ответил он, набрал короткий ответ и отправил.
Конечно, рискованно немного отдавать кровь, можно было бы и волосы, как с Алёной, но некромант хотел результата, а лучший результат получается, если в магии применялась кровь. Ну и, если что-то пойдёт не так, он всегда знает, как добраться до Вересникова, ведь тот не в курсе, что очередной клиент вычислил его. Отправив на одноразовый почтовый ящик своё фото и фото Алёны, некромант взял несколько волосков из драгоценного локона, сцедил пару капель крови в маленькую пробирку и отправился к Московскому вокзалу, благо от дома недалеко. Что ж, очень скоро Алёна сама к нему придёт, пока же можно попробовать ненавязчиво понаблюдать за ней. Теперь, зная, где можно её встретить, некроманта неудержимо тянуло туда, хотя он понимал, что это может быть опасно. Рядом с ней тот, кто повесил ей хорошую защиту, а значит, и Алёна, и её защитник подозревают что-то.
Главное, чтобы они не догадались, кто же именно следит за девушкой.
Квартира Рэма.
Как ни удивительно, но проснулась я сама, вполне выспавшаяся и отдохнувшая. Правда, глаза было открывать немного боязно, возвращаться в реальность не хотелось, как и думать о том, что же ждёт дальше. Для начала, я попробовала определить, не открывая глаз, что вокруг меня происходит, и сразу осознала, что в постели я не одна. Под головой удобное плечо Рэма, под щекой ровно бьётся его сердце, одной рукой он меня обнимал, а вторая лежала поверх моей ладони, по-хозяйски расположившейся на тёплой груди барса. Ой. Тело тут же облило жаром, на несколько мгновений проснулась стеснительность естественно, под одеялом ни на мне, ни на Рожнове ничего не было. И он такой горячий, и почему-то хочется прижаться ближе Притворяться дальше, что сплю, стало невозможно дыхание выдало, позорно сорвавшись.