Закончив разговор, Женька спрятал телефон, покосившись на лестницу там как раз послышались шаги, и на ступеньках появилась Аня. На её плече появился рюкзак, волосы она собрала в низкий хвост, лицо девушки выражало одновременно смятение и странное упрямство.
- Я готова, - негромко произнесла она, не глядя на Женю, и кивнула подруге. Том, я позвоню, спасибо.
Та неловко пожала плечами, обхватив себя руками. В напряжённой тишине Соколинский вышел в коридор, Аня за ним.
- Телефон включи, мать там с ума сходит, - буркнул он, надевая ботинки.
Девушка поджала губы, сдёрнула с крючка куртку и надела, и только тогда достала из кармана джинсов плоскую коробочку смартфона.
- Ты же наверняка ей уже позвонил, - хмуро отозвалась Аня, зыркнув на него.
- Поговори мне ещё, - одёрнул её Женя и крепко взял за локоть, подтолкнув к двери. Вперёд.
Они вышли на крыльцо, - Аня даже вырываться не стала к лёгкому удивлению Евгения, - пересекли двор и покинули его через дверь в заборе. Соколинский открыл машину и усадил беглянку вперёд, потом уселся за руль и повернулся к ней, сидевшей прямо и смотревшей перед собой, сжимая в руках рюкзак.
- Ань, не надоело, нет? тихо начал Женя, чувствуя уже не злость и раздражение, а бесконечную усталость. Сколько можно нервы матери мотать? Ты вообще думаешь, что она чувствует каждый раз, как тебя на авантюры тянет? Зачем ты вообще всё это устроила? он мотнул головой на дачу. Кому что хотела доказать, Аня?
- Не отчитывай меня, как маленькую! вдруг резко отозвалась она, зло сузив глаза, и метнула на собеседника раздражённый взгляд.
- А ты и есть маленькая, - Женька пожал плечами и отвернулся, положив руки на руль. По поведению уж точно лет на шестнадцать тянешь, не больше.
- Да что ты вообще понимаешь! она вдруг всхлипнула, обхватила руками рюкзак и съёжилась на сиденье. Ничего, вообще ничего! Тебе не приходило в голову, что я ради тебя это всё, как ты выразился, делаю?! выкрикнула вдруг Аня и отвернулась, прикусив губу.
Женька, совсем не ожидавший истерики от взбалмошной, но обычно весёлой и жизнерадостной девчонки, опешил и моргнул, почувствовав растерянность. Плачущие женщине заставляли его нервничать и чувствовать себя виноватым, даже если это было не так.
- Что значит, ради меня, Ань? переспросил он, осторожно покосившись на Аню. При чём тут я?
- При том, - очень понятно объяснила она сдавленным голосом и снова всхлипнула.
Женя выдохнул и растерянно взъерошил волосы, окончательно запутавшись в происходящем. Вроде это Аня должна каяться и просить прощения, но чёрт возьми, почему тогда он снова чувствует эту дурацкую вину?! И почему она плачет?
- Ладно, не реви, - пробормотал Соколинский и протянул руку, неловко погладив девушку по плечу. Слышишь, Ань?
Она дёрнулась, избавляясь от его ладони.
- Уйди от меня! снова огрызнулась Аня, не поворачиваясь.
Женька пробормотал ругательство, убрал руку и завёл мотор, дав себе слово, что это последний раз, когда он откликнулся на просьбу тёти Светы. Дальше пусть сама разбирается со своей взбалмошной дочерью, с него хватит. И вообще, ему своих проблем достаточно с Алёной, чтобы ещё чужие решать. Пусть даже и друзей семьи, и родители могут сколько угодно потом обижаться на него. Аня скоро затихла и, похоже, задремала, и обратный путь прошёл в блаженной тишине. Женя, то и дело косясь на успокоившуюся беглянку, тоже пришёл в себя и противное чувство, что он ухитрился каким-то образом обидеть дочь Светланы, прошло. Соколинский добрался до дома друзей семьи и остановился у нужного подъезда, потом осторожно потряс сомлевшую в тепле машины попутчицу.
- Ань, приехали, - негромко позвал он.
- А?.. она встрепенулась, моргнула, широко зевнув, и рассеянно глянула в окно. Ага
Аня вздохнула, прикусила губу, посидела, не торопясь выходить.
- Не проводишь? тихо спросила девушка, не глядя на Женю.
- Мне на работу надо, - Лис покачал головой. А тебя мама ждёт.