Выходные, дом Наумовых, Пушкин.
Мы проговорили с Варварой несколько часов, пока я делилась новостями за эту неделю: и про возвращение памяти, и про приезд бабушки, и, конечно, про Рэма и Женькин вояж с предложением тоже рассказала. Приёмная мама слушала, широко раскрыв глаза, в которых плескалась неподдельная тревога и одновременно живой интерес. Она постоянно переспрашивала, мягко попеняла мне, что не познакомила с бабушкой, но я заверила, что обязательно в следующий раз привезу её сюда. Когда же дело дошло до моих усложнившихся отношений с Женькой и некстати возникшим Рэмом, на лице Варвары появилась задумчивая улыбка.
- Значит, вы с твоим рыжим вроде как помирились? уточнила она, подперев щёку кулаком.
- Ну, да, - я кивнула, выводя узоры пальцем на скатерти. Вопрос с кольцом решили пока не обсуждать, - на моих губах появилась кривоватая улыбка.
Варвара ничего не стала говорить мне, только вздохнула и погладила по ладони. Я подняла на неё взгляд.
- Думаешь, зря? тихо спросила, с надеждой посмотрев на травницу.
- Это только тебе решать, милая, - она покачала головой. От судьбы в любом случае не убежишь, будь то твой Лис рыжий, или Рэм. Ты что на ужин будешь? резко переменила она тему. Стёпа на охоту ходил, уток принёс, хочу потушить в брусничном соусе. Как смотришь?
- Ой, с удовольствием! с воодушевлением откликнулась я.
Моя приёмная мама отлично умела готовить всякие вкусности, и переехав сюда, в дом, где наравне с обычной плитой ещё была и настоящая русская печка, она развернулась по полной. А Степан заядлый охотник, и меня в каждый приезд радовали домашними деликатесами. После сытного ужина я отправилась на вечернюю прогулку собак не боялась, дом моих питерских родителей стоял почти на окраине, близко от леса, они специально выбирали такое место. Ну и, хотелось размять лапы, побегать в своё удовольствие, и желательно без свидетелей. Я любила сливаться с лесом, слушать его живую тишину, впитывать запахи, неслышно скользя белым призраком между деревьями и облетевшими кустами. Снега только не хватало, вот по нему я скучала и очень надеялась, что в этом году погода всё же порадует нас. Или на Новый Год съезжу к бабушке в Мурманск, там такие роскошные сугробы, сказка! Мне в детстве нравилось дурачиться в них, ныряя и закрывая глаза, так, что меня подолгу не могли найти.
В общем, как-то незаметно для себя получилось отрешиться от навалившихся проблем и терзавших меня мыслей о двух мужчинах, и я в самом деле отлично отдохнула. Прогулка по лесу добавила умиротворения, и когда я вернулась домой, то с удовольствием завалилась в горячую ванну, налив себе немного вина и устроившись в воде с читалкой. Всего пару раз за день мелькнула мысль, а не позвонить ли Женьке, узнать, как у него дела, но отмахнулась от неё захотел бы, сам позвонил, а так, наверное, тоже отдыхает, и не факт, что телефон в пределах его досягаемости. О Рэме почти не вспоминала, к счастью, но ровно до тех пор, пока не легла спать. Свернувшись клубочком под одеялом, только я закрыла глаза, как в голову начали назойливо лезть картинки шефа в пледе, потом его роскошного зверя, дальше потянулась томная мысль, как было бы здорово вместе с ним поохотиться моей рыси Я с досадой вздыхала, ворочалась, пытаясь улечься поудобнее и избавиться от навязчивых дум и видений, взывала к собственной совести и напоминала, что у меня Лис есть, но всё оказалось бесполезно. Чёртов барс никак не желал убираться из моего сознания, раздражая и нервируя там своим присутствием, и уснула я только тогда, когда выпила Варвариного успокаивающего отвара.
Так, решено, завтра ни одной мысли в сторону шефа. Ни одной, я сказала!
Глава 8.
Мне почти удалось отвлечься от размышлений о Рожнове. После завтрака Степан снова отправился на охоту, и я с удовольствием составила ему компанию, перекинувшись теперь в рысь кошка тоже хотела прогуляться. В животной ипостаси сознание действует немного по-другому, и я была сосредоточена на запахах леса вокруг, на ладони Степана, лежавшей на моём загривке, пока мы шли, а потом увлеклась погоней за зайцем, полезла на дерево за белкой и чуть не сверзилась с него тело рыси оказалось довольно тяжёлым для таких упражнений. В общем, было весело, и домой мы вернулись только после обеда. Я, набегавшись, умяла внушительную порцию обеда, поболтала с Варварой, и поглядывая на сгущающиеся сумерки за окном, решила таки позвонить Женьке, спросить, когда он за мной приедет. Мне уже хотелось домой, возвращаться совсем поздно перед рабочим днём я не любила, но если они там ещё продолжают семейные посиделки, тогда Степан подбросит. Вообще, конечно, можно было сразу папу попросить, однако Женьку всё же стоило предупредить, чтобы он зря в Пушкин не мотался.