– Ты чё вернулся! В зубы хочешь? – высокий парень явно хотел реванша.
Бригадир вышел вперёд и вздохнул.
– Ну что тебе?
– Я выключил камеру, теперь поговорить можем… Ваш начальник, конечно подлец. И трус, поэтому меня прислал. Значит так…
Вася залез во внутренний карман и достал пачку денег.
– Здесь пятьдесят тысяч. Это из моего аванса. Обычно я беру меньше, намного меньше, но раз уж ваш шеф расщедрился…
Жуков протянул пачку бригадиру.
– Делите сами, кому нужнее.
Владимир в смятении взял деньги. Вася усмехнулся и спросил:
– Вы хоть бумаги какие-то подписывали?
Строители зачесали затылки.
– Нам сказали, что договора в бухгалтерии лежат, на подписи…
– Понятно… Жизнь вас, баранов, ничему не учит! Значит так, Владимир. Номер, по которому я звонил, будет работать до обеда завтра. Найдёте меня сами. Дам запись с заказчиком, я на такие встречи тоже с камерой хожу. С ней пойдёте в полицию. А дальше сами.
– Нет, давай нам запись сегодня! Мы тут будем день кантоваться, значит, пока Большаков расслабляться на наши кровные будет?
– Не пойдёт, мне с него ещё остаток забрать надо, я вам не Робин Гуд из сказки, деньгами сорить!
Вася оставил рабочих во второй раз. Всё-таки удивительно, как в этих парнях так лихо сплелись размашистая наглость и полная недалёкость!
Звонок другу…
– Дима, со второй встречи освободился, всё ровно!
– Молодец Васёк, как прошло?
Ну что ему ответить? В трёх словах-то?
– Нормально, потом расскажу…
Волна воздуха из метрополитена обдала Жукова запахом креозота.
Путь домой!
По дороге назад, как всегда после сложных дней, на Васю наваливались философские мысли.
Зачем он сегодня поехал к рабочим? Чем это кончится было понятно сразу, ещё на встрече с Большаковым.
Конечно, можно было отказаться…
Но ради чего заниматься всем этим?
Спасать трусов, или смягчать обиду тем, кто получил плохую весть?
Когда они с Димой только начинали своё дело, это не была служба по доставке плохих новостей. Всё началось со службы разбитых сердец. Если парень или девушка хотят расстаться – они отдают Васе все фотографии, подарки, любовные записки. И за небольшую сумму он отвозил всё это к другому человеку, вместе с разбитым сердцем.
Шуточная подработка!
Но, оказывается люди не только ссорятся. Они каждый день обкрадывают друг друга, обманывают ради карьеры, ради доли в бизнесе. Люди враждуют за землю, за тишину после семи вечера, люди завидуют соседям, родственникам, коллегам. Люди хотят обидеть кого-то. А обиженные напротив – хотят отомстить.
И для всех этих безобразий им нужен кто-то, чьими руками они донесут не благую весть. Наверное кто-то боится. Но Васе всё больше и больше казалось, что каждый человек, посылая его, вестника беды, на самом деле всегда чувствовал, что совершает зло. И неважно, какие причины заставляли его так поступить. Не отправляясь сами, люди пытаются дистанцироваться от зла, которое совершают. Стараются не верить в то, что они действительно разбивают чьё-то сердце, карьеру, судьбу…
Перед домом Вася заглянул в супермаркет. Закончились свежие фрукты, а врач сказал, что его бабушке нужно каждый день есть фрукты. Да разве её заставишь! Вот утром почти всё выкинул – за три дня съела только два яблока и банан.
Несмотря на то, что был только поздний обед, на единственной открытой кассе стояла длинная очередь. У кассирши что-то не получалось, недовольные покупатели сопели и не спеша продвигались, радуясь каждому пробитому чеку.
– Так друзья, мне тут вне очереди надо! – наглый парень лет тридцати распихивал пенсионеров и домохозяек, пробираясь с упаковкой пива к конвейеру кассы. В ответ на возмущённые возгласы он дерзко огрызался.
– Чего орать, у меня одна покупка! Вам дома сидеть, а меня ждут!
– Стоять! – остановил его рукой Вася, когда наглец поравнялся и с ним. – Чтобы вне очереди лезть надо иметь крепкие нервы, лицо и зубы!
Померились взглядами, после чего парень рванул вперёд. Вася схватил его за грудь и толкнул назад.
– Пшёл в конец!
Хам неожиданно обмяк, осунулся, подобрал упавшую упаковку и пошёл назад под одобрительное гудение очереди. Бабки закивали головой.
– Правильно, правильно! А то совсем охамели! Ходют тут как хотят!
У выхода в кассовой зоне его уже ждал Димка – высокий коротко стриженый очкарик, как всегда безалаберно одетый – мятая рубашка навыпуск, непонятного фасона брюки, а под ними шлёпанцы. Сорокин неисправим!
– Я смотрю, строители тебя взбодрили! – засмеялся Димка над товарищем и толкнул дверь на улицу.
– Просто не люблю хамов, – пожал плечами Вася.