***
- Вы где вообще лазили? – возмущенно набросилась Вероника на Анну, когда она вернулась со своим парнем из магазина. – Вы в курсе, что уже час прошел, уже почти одиннадцать? До магазина минут пять от силы, ну и обратно столько же. Что там очередь что ли?
- Какая очередь? Какой час? – удивилась Анна. – Мы и ходили минут десять. Правда, вас не сразу смогли найти. Хотя мы сидим недалеко от дорожки, что у входа в кладбище.
- Да, странно плутали, плутали, кладбище как будто в лес дремучий превратилось, а ведь оно по сути небольшое, - подтвердил Владимир.
- И что, только чипсы и воду купили? – спросил Юрий. – Я вот уже есть хочу. Там в магазине, насколько я знаю, бургеры продаются на вынос погреть можно.
- Так, - категорично сказал Анна, - За бургерами мы не пойдем. Хотите есть – идите сами.
Вероника встала, ноги от долгого сидения затекли и теперь неприятно покалывали.
- Да, и сигареты закончились. Купить сигарет? – спросила она.
- Естессно, - кивнула Анна.
До магазина Вероника и Юрий дошли быстро, действительно минут за пять. «Чего они плутали, - думала Вероника, - вот же пару шагов и ты уже на дорожке, еще метров десять – ограда и выход. А там, через дорогу – магазин. Странно».
Яркий свет в магазине резко ударил в глаза, так что Вероника первое время даже жмурилась. Звуки города действовали оглушительно, возвращая в привычную реальность. Немного подождали, пока грели бургеры и пошли обратно. И опять, как и в первый раз, только зашли за кладбищенскую ограду, наступила гнетущая тишина. Ступили на дорожку, прошли знакомые десять метров и… Густые заснеженные деревья плотно сомкнулись вокруг. Анны и Владимира не было видно, хотя Вероника могла поклясться, что когда они уходили с дорожки друзей отлично видела. Но теперь…
- И куда нам идти? – растерянно спросил Юрий. – Что за хрень?
- Нам налево, - ответила Вероника и пошла вперед.
Чем дальше шли, тем гуще становились деревья. Они цеплялись ветвями за одежду. Вероника то и дело запутывалась ногами в торчащих из земли сучьях. Плутали долго, молча, в душе нарастала паника. И когда уже совсем отчаялись найти друзей они появились буквально под носом из ниоткуда.
- Ну, - набросилась на Веронику Анна, - И где вы так долго? Почти двенадцать на часах!
- Мы не могли вас найти, - насуплено ответил Юрий.
- А вот, а вы мне не верили, - сказала Анна.
- Давайте есть, - сказал Юрий и уселся на бревно.
Но поесть им не удалось. Издалека, из аллеи с деревьями за спиной ребят раздался утробный, громовой вой. Вой на низких нотах. Так не могло выть ни одно известное науке животное. Что-то нечеловеческое было в этом реве.
Все словно по команде подскочили и посмотрели друг на друга. Вероника почувствовала, что страх, нет, ужас охватывает все ее существо. Она чувствовала, по аллеи к ним приближается нечто. Рев все ближе. Не сговариваюсь, ребята побежали к выходу из кладбища. И что-то неведомое, невидимое, громадное, свирепое неслось следом за ними. Лес ожил, ветви пришли в движение, теперь они не цеплялись за ноги, а хватали, словно крючковатыми, промерзлыми руками. Стало жутко холодно. Туман опадал на землю, а рев уже врывался в уши оглушающим нестерпимым зовом.
«Не оглядывайся, только не оглядывайся, - в голове Вероники зазвучал голос строгой высокой дамы в пенсне – мадам Клементины, - не оглядывайся!»
Вероника бежала позади всех. Она не могла сказать, каким чудом они выскочили за церковную ограду в переулок. Боковым зрением Вероника увидела на стене противоположного от них здания тень громадной остроухой собаки. Рев исчез, но мистическая псина была все еще за спиной, девушка это знала. Она пропала, только когда ребята выскочили на улицу Войтика, но… Звуки города не вернулись. Город молчал, погруженный во тьму. Окна без света, улицы без людей. Только лунища светила монотонно и ярко. И свет ее срезал купола на церкви. Церковь стояла обезглавленная без куполов, зияя провалами колоколен. Вероника не могла сказать, сколько времени они неслись по безлюдному, темному, безжизненному городу….
Шум ворвался в уши внезапно, как будто кто-то щелкнул в воздухе пальцами. И вмиг вспыхнул свет в окнах, появились люди, зажглись городские фонари. И сил бежать уже не осталось…