— Благодарю, — на автомате ответила Мирослава, ее внимание было сосредоточено на только что вошедшем человеке.
— Что-то заметила? — с любопытством глядя на волшебницу, спросил Лоэгайре, отламывая кусок хлеба.
— Да, тот человек в форме стражника. Он из замка, — быстро ответила Мира и указала взглядом на мужчину средних лет, вальяжно усевшегося за общий стол.
— Будем брать?
— Думаю, стоит подождать. Может, он сейчас нажрется и сам будет языком молоть.
— Тогда, советую попробовать жаркое, оно весьма недурно… переперчили немного.
Гайре улыбнулся и, скорчив забавную гримасу, отправил себе в рот полную ложку мяса с овощами.
— Кстати, — чародейка замолчала, чтобы прожевать, — почему ты не можешь просто взять и телепортироваться в эту сокровищницу? Насколько я поняла, ограничение на постройку портала только в знакомое место на тебя не распространяется.
— Здесь все непросто, — Лоэгайре сделал глоток из кружки. — Карл фон Лихтенштейн очень боится магии и его замок окружен мощной защитой из амулетов.
— В таком случае, я тоже не смогу туда проникнуть.
— Ты как раз сможешь, — маг загадочно усмехнулся.
— Если ты хотел меня заинтриговать, у тебя получилось, — бросила Мирослава и скрестила руки на груди.
— Ладно, — вздохнул Гайре. — Барон о магии знает только то, что ему позволяет знать Инквизиция, поэтому он даже не подозревает о существовании какой-либо другой магии, кроме темной. Я не могу войти даже во двор замка, а вот ты запросто можешь там колдовать, ведь магия Эфира — это не магия Тьмы.
— Вот оно что, — протянула Мира и задумчиво закусила нижнюю губу, в ее глазах заплясали задорные искорки. — Кажется, я придумала, как нам проникнуть в сокровищницу, нужен план замка.
— Тогда, может, пригласим этого могучего воина за наш стол? — Лоэгайре азартно потер ладони друг о друга, на его губах расползлась нехорошая улыбка.
— Пожалуй.
— Эй, уважаемый! — крикнул разносчику маг и добавил, как только унылый парень подошел к ним, — налей-ка пива и подай вон тому господину в форме баронского стражника. Если спросит от кого — направь к нам.
— Понял, — уныло промямлил паренек и побрел к стойке.
Стражник неровной походкой подошел к волшебникам уже через несколько минут.
— Чего надо!? — проорал он, наклонившись и дыхнув перегаром прямо в лицо Гайре.
— Присядьте, уважаемый, есть разговор, — с легкой улыбкой невозмутимо ответил маг, указывая на свободный стул.
— Нас интересует ваш хозяин — Карл фон Лихтенштейн, — мягко продолжила Мирослава, в ее глазах уже начался разгораться колдовской огонь.
— И что вам надо о нем знать? — непонимающе нахмурился стражник.
— Все, — прошептала чародейка и выпустила на волю чары.
От Фельдсберга до замка было минут десять езды. Было раннее утро, царило полное безветрие, а на небе уже показался диск солнца. Волшебники спешились в рощице неподалеку от замка и привязали коней к веткам. Мирослава достала из подвешенного на поясе мешочка два деревянных кругляша на нитке и протянула один из них Лоэгайре. Тот молча принял амулет и надел на шею. Чародейка кивнула, надела свой амулет, затем взяла оба кругляша в руки и зашептала заклинание. Как только было произнесено последнее слово, оба мага растаяли в воздухе — заклятие невидимости вступило в действие. Так они незамеченными для стражи пробрались к самой крепостной стене.
— Ну и громина, — прошептала Мира, задирая голову вверх и осматривая покрытую мхом и плющом стену.
— Стражник говорил, что путь к сокровищнице будет ближе, если перелазить через восточную стену.
— Там больше всего стражи, барон не дурак, — присмотревшись, возразила волшебница. — Полезу через северную.
— Разумно, — Лоэгайре кивнул. — У тебя будет примерно минут десять, чтобы забраться в замок, найти сокровищницу и убраться оттуда. Чуешь, как тут все амулетами заставлено?
— Да уж, у барона настоящая мания. Я справлюсь за десять минут, главное — отвлеки его внимание, а то мы оба ноги можем не успеть унести.
— Об этом не волнуйся, представление будет феерическое, — маг криво ухмыльнулся.
— Не сомневаюсь, пошли отсюда. Больше смотреть не на что.
Осенние сумерки быстро сменились пасмурной сырой ночью. Городской колокол пробил десять раз. Мирослава поморщилась и закрепила волосы импровизированной спицей Лоэгайре. Сам он нарядился в блестящий красный камзол и зачем-то отрастил себе уродливые черные когти. Его странная кожа стала еще темнее и на свету переливалась как перламутр.