Выбрать главу

– Обещай, что никому не расскажешь.

– Обещаю.

– Я устроилась на работу, но боюсь, что не справлюсь с ней. Сейчас я прохожу сложное обучение и абсолютно не представляю, как будут проходить мои настоящие задания.

– Ты сумасшедшая? Когда ты будешь всё успевать?

– У моей работы гибкий график. Могу выходить на смену по ночам.

– И кем же ты теперь работаешь?

– Я не могу сказать. Моя компания очень конфиденциальна.

Глаза Мэри округлились. Она схватилась за голову и воскликнула:

– Ты проститутка?!

– Чего орёшь? Нет, конечно. Откуда у тебя вообще такие ассоциации?

– А кем ещё можно устроиться с условиями гибкого графика и ночных смен?

– Моя компания связана с современными технологиями, поэтому я не могу рассказать, кем именно работаю.

– То есть… ты уверена, что это законно?

– Конечно.

– Я тебе не верю. Слушай, знаю, что ты всегда хотела больших денег, но не любыми же способами их зарабатывать.

– Я не продаю себя, ясно? Подруга, называется.

– Прости, Ада, но ты хоть слышишь, как звучишь со стороны? Что я могу подумать? Тем более учитывая тот факт, что твой отец сейчас в тюрьме за торговлю запрещёнными веществами.

– Может, ты права. Но клянусь, что не ввязалась ни во что плохое. Это просто работа с удобным мне графиком. Ничего более.

Зайдя в аудиторию, Ада сразу заприметила на своём столе белый лист бумаги, вырванный из тетради. Он был сложен вчетверо и оставлен возле пенала. Ада развернула листок и прочитала послание:

«Я не поэт и не прозаик, потому надеюсь на твою милость. У меня нет опыта в написании подобных писем. Я лишь хотел сказать, как сильно запали в мою душу твои чудесные карие глаза и запах сладких духов. Спасибо».

– Спасибо? Кто вообще заканчивает любовное письмо словом «спасибо»?

Ада протянула письмо подруге, чтобы та смогла прочитать. Быстро пробежавшись по строчкам, написанным кривоватым почерком, Мэри расхохоталась.

– Почему-то я испытала жуткий стыд за это чудо.

– Не смейся. Человек ведь старался. Как думаешь, это мог написать Эрик?

– Ты меня, конечно, извини, но я очень сомневаюсь, что Эрик написал бы что-то подобное.

– Блин… А кто тогда?

Мэри обвела аудиторию внимательным взглядом.

– Кто-то из присутствующих здесь.

– Тот, кто посещает курс истории?

– Или профессор.

Подруга показала пальцем на кашляющего пожилого мужчину, который разглядывал лес за окном.

– Очень смешно. Из всех, кто выбрал историю, такое мог написать только Мэтт, но у нас напряжённые отношения после того, как он выдал мой проект за свой на курсе по искусству.

– Решил извиниться за свой проступок.

– Через два года? Нет, точно не он. Вот как всегда! То пусто, то густо.

– Так-так, у тебя есть на примете кто-то ещё?

Профессор оповестил о конце перемены, и студенты послушно замолчали. Мэри пододвинула подруге последний лист своей тетради и вывела карандашом слово «пиши». Ада ответила: «это парень с моей работы». На лице Мэри появилось удивление.

«И какой он?».

«Ещё не определилась, но у меня внутри всё переворачивается, когда его вижу».

«А как же Эрик?».

Ада задумалась. Эрик и Рэй были очень разными. Первый всегда поддерживал её, смешно шутил и был невероятно обаятельным. Второй же манил загадочностью и лёгкостью, с какой он использовал свою силу. Внезапно пришло озарение: а что если Эрик и есть Рэй? Агенты скрывают свою личность, поэтому за мрачным костюмом может находиться любой житель столицы. К тому же это объяснило бы, почему Рэй поцеловал её в первую их встречу, но при этом не проявил романтического настроя по отношению к Юми.

«С Эриком всё серьёзнее. Нужно предложить пойти вместе на баскетбол. Заодно узнаю, он ли написал записку».