– Сожалею. Глупая случайность, вызванная твоими кошмарами. Этот объект опасен лишь в том случае, если выберет человека, у которого много дерьма в голове. Он строит образы на основе сильных чувств. Ты застряла в кошмаре, не в силах отпустить прошлое. Похоже, ненависть в тебе гораздо сильнее других чувств.
– Так это не сон… – Ада схватилась за голову. – Значит, амулет… нет… нет!
Осознание накрыло её волной. Трясущейся рукой она приподняла запрокинутую голову Мэри и огладила её щёку. Она ждала, что, закрыв глаза, снова увидит лёгкую улыбку на лице подруги или привычный осуждающий взгляд. Ждала, что Мэри встанет, отряхнёт пижаму и скажет: «ну и сумасшедший же сон тебе приснился». Однако почему-то девушка не вставала. Даже не шевелилась.
Ада услышала шаги за спиной, а в отражении застывших зрачков заметила весёлое существо со скальпелем в руке, которое приближалось к столу. Но ей уже было всё равно. Ада представила, как лезвие входит в её спину, и послушно отдалась этому чувству, но что-то пошло не так. Мрачный образ хирургического кабинета испарился. Вместо него вновь вернулась кухня. Вокруг царил страшный бардак: все шкафчики валялись на полу, посуда была разбита, потолок покрывали царапины. Подняв голову, Ада увидела тяжёлодышущего Рэя, который держал в руке клинок, запачканный чёрной кровью паранормального существа. Само существо, а точнее то, что от него осталось, растекалось лужицей возле его ног. Возле Рэя стояла незнакомая рыжеволосая девушка-агент, а в проёме – Винсент и его охрана.
Аде было плевать, что здесь произошло. Она подползла к Мэри, чью шею исполосовали синие следы. Да, девушку определённо никто не вскрывал, вот только… она не дышала. В широко раскрытых глазах застыло выражение смертельного ужаса. Ада положила её голову на свои колени и поцеловала в холодный лоб.
– Ну и агенты у вас в столице. Даже одного вдвоём зарубить не могут.
Рэй оскалился и поднял остриё клинка на девушку-агента.
– Закрой свой поганый рот.
– Хватит, – строго сказал Винсент. – Вы достаточно тут набедокурили. Пора возвращаться домой. Ребята, уберите девочку.
– Винсент… – тихо позвала Ада, обнимая Мэри всем телом, будто пытаясь защитить от чужаков.
– Да? – мужчина жестом остановил охрану.
– В один прекрасный день я убью тебя. И этот день станет моим вторым днём рождения.
Мужчина выразительно приподнял бровь.
– Хорошо, Ада, как скажешь.
– В чём дело? Боишься меня?
Девушка-агент рассмеялась, хватаясь за живот.
– Нет, – холодно ответил Винсент.
– Тогда почему ты не зовёшь меня по имени? По моему настоящему имени.
Глава 24. Подземелья разума
Есть ли чувство более мучительное, чем вина? Только боль утраты. А что, если совместить эти два ужасных, опустошающих явления, сплести их воедино и подчинить своим интересам? Нет, конечно, всё это мной не подразумевалось. Я не всесильна и читать будущее не умею. Да и смерти Мэри точно не хотела. Я не чудовище, каким могу показаться. Просто если долго находиться среди плохих людей и сам станешь плохим.
Смерть Мэри... стала той случайностью, которая сломала мои цепи, мою маленькую тюрьму. Жестокой платой за то, чтобы вернуть себе себя. Не понимаешь? Ах, не ври, ложь я не люблю. Я точно знаю, что ты давно догадываешься.
Девочки Ады никогда не существовало. Я придумала её, и девочка получилась такой настоящей, что даже сама поверила в свою реальность. Ада стала такой, какой всегда хотела быть я. Наверное, потому что это и есть я. Ты же тоже наверняка мечтаешь перед сном о лучшей жизни, представляешь себя круче, красивее, харизматичнее, чем являешься на самом деле. Вот и я мечтаю.
Имя, данное моими биологическими родителями при рождении и сохранённое организаторами эксперимента – Вероника. Признаюсь, оно меня раздражает. Имя Ада нравится куда больше, ведь «Ада» – это свобода, ветер в волосах и радужные наклейки в блокноте. А «Вероника» – бесконечное тюремное заточение, служение людям в официальных костюмах, которые считают себя умнее и успешнее тебя. Ты лишь их послушный инструмент, который делает их ещё умнее и успешнее, а ты остаёшься маленьким и беззащитным, пока они растут, чтобы дотронуться до небес. Потому что они хотят расти постоянно, а значит, и пользоваться тобой, даже коснувшись звёзд, не перестанут. Потому что твои попытки вырваться из-под их гнёта они назовут «детским лепетом», который в жизнь воплотить просто невозможно.