Выбрать главу

– Может, говорил – а может, нет. Если бы слушала всю твою болтовню о живописи, давно сошла бы с ума.

– А тебя хлебом не корми, дай сказать слово наперекор. Это называется юношеский максимализм.

– Прости, Винс, но ты опоздал на пятнадцать лет.

Ближе к полуночи Винсент засыпал прямо на диване, а Вероника прокручивала тысячи сценариев убийства. Она могла задушить его подушкой с котиком, лежавшей на кресле в гостиной, включить газ и закрыть все окна или проткнуть его грудь кухонным ножом. Но каждый раз почему-то она не делала ничего. Почему? Вероника сама не понимала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она видела, как мужчина старательно играл в хорошего работника. Притворялся, что занимает нужное место. На самом деле он понятия не имел, что делает. Порой Веронике было даже грустно замечать восхищённые глаза Шэйлы, обращённые в его сторону. Она сотворила себе кумира из человека, который не мог даже себе признаться в собственной несостоятельности.

В небе догорал рассвет. Веронике хотелось как можно дольше отсрочить наступление утра этого дня, но, к сожалению, над временем она была не властна. Вернувшись на парковку, Вероника не увидела пикап. Тревожный звонок. Или Рэя нашли, или он решил сбежать без неё.

Стараясь не делать поспешных выводов, Вероника пошла по тротуару к заброшенной лодочной станции. Она знала, что Рэй порой прятался там от Ц.Е.П.И. После возвращения в столицу Вероника частенько следила за другом детства, ведь тот не спешил открыться новоиспечённой напарнице. А она хотела знать об агенте всё: чем он жил, что любил, с кем общался. Из лучших побуждений, конечно же.

Увидев парня спустя больше чем десять лет, Вероника почувствовала незнакомые прежде чувства. Что-то слаще привычной ненависти. Он был очаровательным в своей сентиментальности, сам того не подозревая скопировав образ лучшего друга для агентской деятельности. Хоть организация заставила Хосе забыть об эксперименте, он увековечил их преступление в своём новом имени. Он ненавидел не меньше неё, пусть и не помнил правды, и это восхищало Веронику. Они не выбрали друг друга, но судьба каждый раз выбирала за них.

Ещё издалека Вероника заметила их. Сине-красные проблесковые маячки двух полицейских машин прорезали утренний туман. Она видела, как рабочий в оранжевом жилете закреплял пикап на тросах, пока двое полицейских и незнакомый ей агент о чём-то разговаривали у воды.

Его схватили. От злости Вероника чуть было не потеряла контроль над собственным телом. Хотелось уничтожить всю лодочную станцию до основания, но она вовремя заставила себя замереть. Нет, так проблему не решить.

Вероника скрылась в тени, прижимаясь к холодной стене эллинга. Она выпустила цепь, которая тихо, как змея, поползла по траве к эвакуатору. Цепь нырнула под платформу, туго обвилась вокруг толстого гидравлического шланга и с силой рванула его в сторону. Когда на асфальт хлынула тёмная, вязкая жидкость, Вероника втянула цепь обратно. Пусть знают, что брать чужие вещи невежливо.

Она видела, как из кабины выпрыгнул водитель. Мужчина громко выматерился, упирая руки в бока и оценивая поломку.

– Всё, приехали, – крикнул он своему помощнику. – Нам магистраль с корнем вырвало.

Один из полицейских, услышав раздражённый голос водителя, тут же подбежал к эвакуатору.

– Что у вас?

– Вон, полюбуйтесь. Нужно или чинить, или новую машину гнать. Второе будет быстрее.

– Ладно… Нам сейчас важнее найти девчонку. Вещдок может подождать.

Найти девчонку? Значит, Рэй уже у них. Вот только куда они могли его увезти? Вероника перебирала в голове разные варианты, но всё это были лишь догадки. Правильный ответ точно знал один человек. Винсент.

Поэтому, не медля больше ни секунды, она осторожно покинула лодочную станцию и направилась обратно в город. Нужно было найти, откуда позвонить. Забавно, в век технологий Вероника понятия не имела, где найти телефон. Она прошла квартал, другой, мимо закрытых кафе и пустых остановок, пока взгляд не зацепился за старую прачечную самообслуживания, в окне которой горела тусклая лампа.