– Да ты само благородство, Винсент, – нервно усмехнулась она. – Значит, он просто так решил тебе помочь? Месть? А, может, ты предложил ему что-то поинтереснее? У тебя ведь есть все рычаги, чтобы воздействовать на людей. Деньги, связи, высокий статус. Думаешь, что этого достаточно? Или, может, этого было достаточно, чтобы со спокойной совестью смотреть на то, как над двумя десятками детей ежедневно издеваются работники Ц.Е.П.И.?
Винсент посерьёзнел.
– Ты ходишь по очень тонкому льду, Юми. Забирай своего ненаглядного и проваливай. Даю тебе последний шанс.
– Хватит, – взмолился Хосе, – пожалуйста, прекратите.
– Скоро всё закончится, Рэй, – мужчина положил руку на плечо подопечного, но тот лишь сильнее запаниковал.
– Нет-нет-нет, не прикасайтесь ко мне. Вы делаете мне больно! Не держите меня! Хватит!
Воздух на складе загустел. Пол и стены затряслись, как при землетрясении, а солнце скрылось за чернотой неба. Мир словно перевернулся. Гравитация исчезла. Каждый вдох обжигал ноздри мертвенным холодом. Юми увидела перед собой всё тот же склад, который при этом был абсолютно другим. Пространство заполнилось паранормальными существами. Они не выглядели враждебными, как во время инцидентов. Они всего лишь плыли по течению времени, каждый занятый своим делом. Руки без тел, глаза без лиц, бесформенные фигуры – все те образы, от которых кровь стыла в жилах.
Теперь Юми поняла, что имела в виду Вероника. Рэй был одним из подопытных. Единственный выживший, лишённый права нормальной жизни.
Защити Рэя.
Агент подхватила валяющуюся неподалёку косу и подплыла к Хосе, чьё лицо укрывали кровавые слёзы. Она разрубила верёвки, освобождая его. В этот момент мир приобрёл привычные краски, а потом вновь вернулся к своему неосязаемому облику. Словно кто-то добавлял и убирал фильтр на фотографии.
– Мы выберемся отсюда, Рэй.
Картинка в очередной раз сменилась, и все присутствующие рухнули на пол, будто марионетки с обрезанными нитями. Острые осколки стекла хрустели под телами, впиваясь в ладони. Юми поднялась, игнорируя головокружение, и помогла Хосе встать. Винсент тоже пришёл в себя. Он потёр кровоточащий лоб и произнёс:
– Хотите убежать? Дам вам фору в тридцать секунд. Время пошло.
Юми прижала к себе напарника, в последний раз скользнув взглядом по лицу Винсента, задерживаясь на его ледяных глазах. На секунду ей даже почудилось, что маска безразличия треснула. Что он искренне хочет проиграть. Но лишь на секунду.
– Тридцать. Двадцать девять. Двадцать восемь.
Юми выпустила цепь в окно и вылетела из здания, подобно крохотному пауку, пытающемуся спасти свою жизнь. Хосе запротестовал, пальцами впиваясь в талию Юми, но её мало интересовали чужие возмущения. Только одна мысль пульсировала в висках. «Сбежать».
В голове продолжал звучать обратный отсчёт. Двадцать семь, двадцать шесть, двадцать пять… Юми цеплялась за стволы деревьев, с каждой секундой всё дальше отдаляясь от заброшенного склада. Двадцать четыре, двадцать три, двадцать два, двадцать один, двадцать… Чем меньше становились числа, тем сильнее росла паника. При очередном рывке цепь вырвала из коры клочья древесины. Юми метнулась к следующему дереву, но вместо ожидаемого удара о ствол – пустота. Падение вырвало из груди вопль, смешавшийся с треском ломающихся ветвей. Даже покатившись кубарем по склону, Юми не останавливала счёт. Девятнадцать, восемнадцать, семнадцать, шестнадцать, пятнадцать…
Она с трудом открыла глаза, выплёвывая песок. По правую сторону шумел бурный поток воды. Юми поняла, что находится на берегу реки. У самого края песчаного склона лежал Хосе. Четырнадцать, тринадцать… какие числа идут дальше? Юми закрыла глаза локтем, стараясь вспомнить, что идёт после тринадцати. Буквально через секунду, когда она убрала руку, над ней уже стоял Хосе.
– Надо уходить, – сказала она. – Скоро они пойдут нас искать.
– Уже давно пошли. Вставай, мы не на курорте.
Он протянул ладонь, помогая напарнице встать.
– Они ведь не агенты. Им будет трудно нас догнать.
– Не так трудно, как ты думаешь. Давай значок.