И вправду, вокруг белесой и вонючей кучи стояли незажжённые свечи. А потом они увидели, как из темноты напротив, куда не доставал магический свет, отделилась маленькая фигурка. Это была девушка, по очертаниям силуэта казавшейся весьма юной. Она медленно приближалась, и было ощущение, что тьма не хотела отпускать её из своего чрева. Наконец слабый свет дотянулся до фигурки: она медленно приближалась, волоча за собой длинное платье с грязно-жёлтым подолом и синим истрёпанным верхом. Движения рваные и неестественные; ещё шаг, и девушка видна намного более отчётливо: волосы густы и черны, как ночь, а кожа белая, словно снег; она как фарфоровая кукла с мёртвенно-мутным взглядом, но такая трогательно-нежная даже среди царящего ужаса.
- Ох, чёрт! - сказал Тим.
- Стоять, - приказал Хос, когда юнга чуть не бросился к девушке, пряча в ножны меч.
- Кэп? - Гарри смотрит на Хоса, впрочем, как и Тим.
Хос напряжён. И тут до слуха мужчин доносятся какие-то звуки: не то поскрипывание, не то пошкрябывание. Мороз тут же всех пробрал до костей.
- Там кто-то ещё, - сдавленно сказал Тим, когда из густой темноты показался ещё один силуэт, на этот раз, казалось, это был мужчина, но очень худой.
- И не один, - проговорил Гарри, утирая пот со лба.
- У нас нет выхода, нужно двигаться вперёд или лечь вместе с той грудой костей, - сказал Хос, готовясь к атаке. - Я пока не собираюсь умирать, и вам не советую!
- Есть, капитан! - отозвалась команда Хоса.
Тем временем у кромки света возле девушки собралась небольшая группа зомби. Жуткая красавица сделала ломанное движение вперед и это послужило как бы сигналом для остальных, ведь до этого они все просто столпились за ней, а теперь бросились в атаку. Кровожадность на каждой искривлённой смертью гримасе. Кто не мог идти, просто ползли по холодному каменному полу - отсюда и неприятные царапающие душу звуки.
Хос отбирал свою команду самолично, кто не мог драться и болел непроходимой тупостью, не имел права находиться на борту его пиратского корабля. Поэтому кэп на сомневался в своих парнях, даже в молодом Тиме - хоть тот порой и был нерешительным, но с мечом и в рукопашную был весьма и весьма крут. А Гарри, старый усатый волчара, не один пуд соли съел со своим капитаном.
- Под когти и зубы этих тварей не подставляться - трупный яд очень опасен, - предупредил Хос. - Через кожу, конечно, не проникнет, но будьте осторожны, если какая-нибудь хрень брызнет из их полуразложившихся тел!
Мужчины разошлись в стороны, чтобы дать возможность манёвров друг другу. Тим оставил неподалёку световой камушек и снова достал свой меч.
Зомби не издавали каких-либо звуков - ни рёва, ни криков, а вот двигались они очень даже шумно, многие были медлительны, а иным не доставало конечностей. Но всё равно эта небольшая орда зомби нагоняла жути. Сам Хос лишь однажды встречался лицом к лицу с этим видом нежити - когда бывший капитан был ещё живым, поэтому даже Гарри, насколько кэп знал, не сражался против них. А про Тима и сказать нечего, салага ещё.
- Самый лучший способ обезвредить их, насколько я знаю, отделить голову от тела, - дал последнее наставление Хос и пинком отшвырнул первого из ряда наступавшего зомби.
Капитан насчитал около десяти противников, которые шли против них сейчас, и ту самую "фарфоровую" нежить, которая медленно приближалась к горе из костей. Хос нахмурился, когда увидел, что у зомби-девушки вспыхнул маленький огонёк на ладони, и она тут же принялась проворно зажигать свечи.
Тела зомби оказались очень хрупкими, они больше пугали своим видом, а на деле оказались размазанными по полу тяжёлыми подошвами пиратов.
- Вот и всё, - почти торжественно оповестил Тим, пнув ногой голову с вытекшими гнилыми глазами.
- Мне не нравится, что она зажгла почти все свечи, - проговорил хмурый Хос, а Гарри уже бросился к нежити с обнажённым и обляпанным мутной жижей мечом, и его тут же откинуло к стене.
Девушка зашипела, показав заострённые зубы, а потом вспыхнула последняя свеча. Воздух наполнился холодом, а она захохотала. Тим бросился к бессознательному Гарри, кэп на секунду застыл: груда костей формировалась во что-то...
Лола нашла заброшенную нору. С раненной женщиной и ребёнком они шли часа два. Малыш не плакал, как ни странно, но всё равно приходилось делать небольшие передышки. Втроём они взобрались внутрь земляного убежища. Лоле нужен был хотя бы небольшой отдых. Келли, так звали спасённую эльфийку, предложила спасительнице поспать, и пообещала разбудить в случае опасности. Королева Воров согласилась, а потом тут же провалилась в дрёму. На краю сознания она лишь улавливала тихие слова успокоения для малыша, и от этого и ей самой стало спокойнее, перед внутренним взором предстал образ покойного Робина Гуда. Он улыбался своей дочери.