Глава 22
Путь преградил высокий мужчина, почти такой же высокий, как и сам Кел.
- С тобой изволят говорить, - коротко, но с расстановкой, сказал синекожий демон. На нём был чёрный кожаный плащ и шляпа с узкими полями.
Кел сделал вид, что не заметил этих слов, и попытался обойти препятствие - он думал, что это Каси прислала за ним. Но мужчина схватил Келиана за плечо и грубо развернул в обратную сторону.
- Ты прекрасно слышал меня и ты пойдёшь со мной, - сказал назойливый тип тем же тоном, не допускающим возражений.
Кел сначала вскинул брови, будто бы от лёгкого удивления, но потом его губы растянулись в хищной улыбке, глаза прищурились. Не говоря ни слова, он занёс руку для удара, и следом второй кулак - серия из прямого и хука. Но мужчина будто этого и ждал, и тут же увернулся. Синекожий встал в стойку, и стал раздавать удары, которые Кел легко, даже несколько лениво, парировал. Оба были хороши, но нужен один победитель - Келиан не хотел признавать ничью, и уж тем более у него не было желания идти и с кем-то там говорить, кто "изволил" говорить с ним.
После небольшой пробежки и тяжёлых и тоскливых мыслей, полудемон всё-таки вернулся в бар "Холодный Источник", где обнаружил Джима. Вместе они прилично выпили, вспомнили прошлое, посмеялись от души, и на какое-то время Келу показалось, что он всё тот же молодой демон, видящий мир в радужных красках и с верой в добро. В то время он считал, что хороших людей намного больше, чем злых, но это было так давно, столько воды утекло, и Келиан успел изменить мнение об окружающем мире. Как бы не прискорбно было признавать, хоть разумные, каждый вид, и создают свой определённый социум, но многие - основа любой общины - горожане, селяне, при любом королевском или императорском дворе, все преследуют только свои цели, свою выгоду, не стесняясь прикрываться долгом. Большинство подминает под себя всех, делая их похожими на общую серую массу. А те, кто вообще не вписываются в установленные рамки, становятся изгоями. В лучшем случае, живут замкнуто, и общаются с внешним миром только тогда, когда им удобно.