– Все же, если что-нибудь вспомните, дайте знать.
– Непременно, непременно, – обещал князь.
Сыщик медленно отстранился, словно надеялся, что на юношу снизойдет озарение. Но князь молчал.
Сыщик поиграл карандашом и повернулся на шум: вернулась домохозяйка. За нею вошел князь Полеский. Выглядел он мрачным, словно почернело дерево, из которого было высечено его лицо.
Следом вошли его супруга и сын. От вчерашней радости на их лицах следов не осталось. Княгиня была бледной с красными, воспаленными глазами. Она с опаской поглядывала на супруга. Младший Полеский смотрел на всех злобным волчонком. Он остановился в дверях. В помещении стало тесно.
– Точно ли они говорят по-русски?! – усомнился мистер Хемсворт. – Задайте им этот вопрос. Я должен удостовериться, что они хоть что-то понимают.
Кирилл Карлович взглянул в маленькие, злые глаза князя Полеского и сказал:
– Сударь, господин раннер хочет удостовериться, что мы сможем изъясниться по-русски. Он должен выяснить, что случилось. Они попросили меня помочь.
– Не понимаю, что им нужно, – ответил Полеский Старший и, сжав кулаки, продолжил. – Погиб человек, который был мне как сын. Кто-то убил его самым подлым способом. Но убийца поплатится. Я до него доберусь. А что нужно этим господам? Разве Уотерстоуны им не объяснили.
Смотрел он так, словно гости одним своим присутствием оскорбляли его.
– Мистер Полеский говорит, что хозяева пансиона должны были вам все рассказать, – сказал князь Карачев англичанам. – Мистер Полеский тяжело переживает. Он говорит, что погибший был ему как сын.
Угрозу старого князя добраться до убийцы юноша счел за лучшее опустить.
– Ну, все в порядке. По-русски они говорят, – промолвил констебль.
Блюстители порядка испытывали облегчение оттого, что нашелся способ объясниться с постояльцами пансиона.
– Чудной народ, эти поляки! – воскликнул сыщик. – Бегут от России в Англию, но говорят по-русски, а английского языка не учат!
– Моноглоты! – провозгласил констебль.
Он просиял, словно испытывал восторг от умного слова. Мистер Хемсворт с неодобрением посмотрел на коллегу, затем на князя Карачева и сказал:
– Это не нужно переводить им. А скажите, что здесь я решаю, кому задавать вопросы. Будут отвечать столько, сколько понадобится. Если им что-то не нравится, так я их всех арестую.
– Мистер Хемсворт говорит, что должен подробнейшим образом расспросить каждого. Он хотел бы побеседовать здесь, а не вести всех в судебную контору. Собственно, потому-то он и попросил меня выступить в качестве переводчика, – сказал Кирилл Карлович по-русски.
Польский князь смягчился. Он принял за лучшее смириться с участием в разговоре юноши из России. Сделав над собой усилие, он разжал побелевшие от напряжения кулаки.
– Скажите ему, чтобы задавал свои вопросы, – вымолвил Полеский Старший.
Начал сыщик с того, что записал имена постояльцев. Он то и дело перелистывал страницу и сравнивал показания с записями, сделанными со слов миссис Уотерстоун.
Князь Карачев узнал полные имена поляков.
Старика звали Влодзимеж Казимир Полеский. Ему было пятьдесят пять лет. Его супруге Алисии Полеской был сорок один год. А единственному сыну Мареку Тадеушу – двадцать три. Панне Амалии Ласоцкой – семнадцать лет. Проживавший здесь же пан Аркадиус Бронислав Зиборский за неделю до смерти отметил двадцатипятилетие.
– Хорошо, пусть он расскажет, что случилось ночью, – попросил мистер Хемсворт.
Юноша повторил просьбу по-русски. Старый князь начал рассказывать, а Кирилл Карлович переводить:
– Они проснулись от крика миссис Уотерстоун. Князь выбежал из комнаты и услышал, как внизу хлопнула дверь. Он позвал миссис Уотерстоун, но она не откликнулась.
– Что кричала миссис Уотерстоун? – спросил сыщик и тут же буркнул: – Ах да, они же не понимают…
Но Кирилл Карлович перевел его вопрос:
– Господин раннер интересуется, удалось ли вам разобрать, что кричала миссис Уотерстоун?
Старый князь вскинул брови и ответил:
– Это разобрать было несложно. Она только и повторяла «май гот» и «бэби Зи», «май гот» и «бэби Зи»!
Мистер Хемсворт кивком дал понять, что ответ польского князя не нуждается в переводе, и задал следующий вопрос:
– Что он стал делать дальше?
Князь перевел вопрос. Старый поляк бросил гневные взгляды на Кирилла Карловича и сыщика.
– Я вернулся в комнату, зажег свечи и вышел на лестницу. Выяснилось, что пан Аркадиус убит…
Княгиня Полеская всхлипнула. Марек поежился и добавил:
– Да! Кто-то воткнул ему кинжал прямо в сердце! Прямо в сердце! Он и пикнуть не успел!