– Вот что, мистер Миллер, – сказал сыщик, – я направлюсь в контору. А вы поговорите с постояльцами второго дома Уотерстоунов.
Домохозяйка вновь всхлипнула.
– Не волнуйтесь, миссис Уотерстоун, мы непременно выясним, кто это сделал, – обнадежил мистер Хемсворт даму. – Все они что-то скрывают и врут, а значит, скоро запутаются и выдадут себя сами.
Слова сыщика заинтриговали Кирилла Карловича. Князю хотелось узнать, что такое мистер Хемсворт обнаружил в рассказах поляков. Юноша с надеждой взглянул в глаза сыщика. Тот, глядя снизу вверх на стоявшего на крыльце князя, заявил:
– А вы, сэр, покрываете обман вместо того, чтобы помогать нам, как обещали.
– Прошу прощения, мистер Хемсворт, отчего вы сделали такой вывод? Право же, совершенно несправедливый, – вспыхнул Кирилл Карлович.
– Когда я спрашивал о руке мистера Полеского Младшего, вы переводили с английского на русский и не могли ничего добавить по-французски для мисс. Так что вы изобрели неудачное объяснение, почему мисс так взволновал вопрос о руке…
– Не хотите же вы сказать, что Марек – убийца! – воскликнул князь Карачев.
– Ну, если только он оказался столь неуклюжим, что повредил руку, убивая спящего человека, – сказал мистер Хемсворт.
– Нет-нет, это решительно невозможно! Вчера вечером я видел мистера Полеского Младшего. Его рука уже была повреждена, а мистер Зиборский был жив.
Князь Карачев поймал себя на мысли, что чересчур горячо защищает юного поляка, да еще и обсуждает с сыщиком тот вопрос, о котором Амели просила не говорить.
– Интересно-интересно, – промолвил мистер Хемсворт и, обратившись к констеблю, сказал: – Выходит, мистер Полеский Младший мог заранее изображать травму, чтобы отвести от себя подозрения.
«Вот мордофиля!» – воскликнул про себя князь Карачев. Он был поражен тем, что любое подтверждение невиновности Марека в глазах мистера Хемсворта усиливало подозрения.
Неожиданно вмешалась миссис Уотерстоун.
– Нет-нет! Что вы говорите? Марек Полеский никак не мог быть убийцей! Убийца прятался в моей комнате.
Гробовщики взобрались на козлы. Скорбная повозка двинулась прочь. Сыщик коснулся пальцами шляпы, кивнул миссис Уотерстоун и сказал:
– Разберемся, не волнуйтесь, – затем он приказал констеблю: – Ступайте. Опросите постояльцев второго дома.
Мистер Хемсворт удалился уверенной походкой.
Констебль Миллер снял шляпу, почесал затылок и бросил недоверчивый взгляд на юношу.
– Я помогу вам, – сказал князь Карачев.
– Кажется, мистер Хемсворт недоволен вашим участием, – ответил констебль.
– Я ничего не скрывал! – юноша махнул рукой и вполголоса, чтобы услышал только констебль, объяснил: – Дело касалось моего личного отношения к мисс Ласоцкой.
– Да? – с сомнением протянул констебль, но в следующий миг решился: – Ладно, идемте. Действительно, не ради же трупа вы примчались сюда.
Кирилл Карлович спустился вниз. На крыльце осталась одна домохозяйка.
– Ах, князь, – взмолилась она. – Не хочется куковать одной после такого кошмара!
Щеки миссис Уотерстоун были серыми. Кириллу Карловичу пришло на ум, что накануне вечером румянец на ее лице померещился из-за факелов. Дама выглядела как пирог, который не съели вовремя.
Мелькнула мысль остаться и расспросить ее о подробностях случившегося. Но князь решил поговорить с миссис Уотерстоун позже. Пока было важно не упустить шанс подружиться с констеблем.
– Непременно, мадам, непременно! В другой раз! Честь имею! – сказал князь Карачев домохозяйке.
Подав знак Петюне, он двинулся следом за констеблем.
Глава 12
Второй пансион миссис Уотерстоун
Констебль уверенно прокладывал дорогу через толпу, запрудившую площадь. Некоторые торговцы приподнимали шляпы и обменивались с ним приветствиями.
– Эй, Том, – восклицали они, – говорят, у Нэнси Уотерстоун постоялец сыграл в ящик!
На князя Карачева они поглядывали недоброжелательно, но с любопытством.
Кириллу Карловичу не давали покоя слова Хемсворта. Он начал перебирать то, что стало известно, благодаря участию в беседе.
Сыщик и констебль выслушали миссис Уотерстоун еще до прихода князя Карачева. Вероятно, они поговорили и с Биллом Уотерстоуном, после чего тот ушел по делам. Что они рассказали, юноша не знал. Однако многое становилось ясным из беседы с польскими постояльцами.
Кто-то ночью заколол насмерть спавшего пана Зиборского. Убийца действовал скрытно. Из всех обитателей дома только миссис Уотерстоун проснулась и обнаружила, что постоялец убит.