– Фрэнсис, держись с ним построже. Мы должны получить наши деньги!
– Не волнуйся, Ноэль, мы не упустим своего, – ответил мусье Буржуа.
Затем он перешел на польский. Князь Полеский что-то буркнул в ответ. Все трое пошли вниз по лестнице.
«Продолжат разговор в гостиной», – догадался князь.
Этажом ниже они задержались. Старый князь вызвал сына.
Кирилл Карлович дождался, пока стихнут шаги, осторожно спустился с антресоли и пошел вниз. На последнем пролете он замер. Дверь в гостиную осталась открытой. Князь понимал, что не проскочит незамеченным мимо четырех человек.
Юноша стоял, прижавшись к стене и рискуя быть обнаруженным. Из гостиной доносились недовольные голоса гостей и князя Полеского. Между собой старик Ноэль и его приятель Фрэнсис переговаривались по-французски. Кирилл Карлович понял общий смысл разговора. Гости требовали от поляков деньги в оплату каких-то живописных полотен. Старик Ноэль сердился, полагая, что панове обманывали их. Комментарии его приятеля только раздражали его. Старик Ноэль упрекал товарища в недостаточной твердости и возмущался, что тот почти ничего не переводит ему из разговора.
Потеряв остатки терпения, старик Ноэль потребовал, чтобы в гостиную вызвали Амалию.
– У них проживает девчонка! Мадмуазель Амели. Пусть придет сюда, она прекрасно говорит по-французски. Я хочу точно знать, о чем вы тут лопочете! – едва ли не визжал старый француз.
Фрэнсис заговорил по-польски. Старый князь повелительным тоном сказал что-то Мареку. Несколько раз прозвучало имя Амалии. Заслышав, как молодой пан отодвигает стул, князь Карачев бросился наверх.
Лестница скрипела так, что должны были переполошиться соседи. Юноша запрыгнул вглубь антресоли. Загремели железные посудины. Князь замер и воздал хвалу плотникам: антресоль не рухнула под его весом.
Марек, поднявшись наверх, буркнул что-то презрительным тоном. Разобрав одно слово – слово «кот», Кирилл Карлович с облегчением выдохнул.
Марек постучал в дверь Амалии, что-то сказал и, не дождавшись ответа, отправился восвояси. Через минуту панна Ласоцкая вышла из комнаты и пошла вниз.
Князь Карачев вновь покинул антресоль и притаился у входа в гостиную. Он пожалел о том, что не перехватил Амалию. Нужно было сказать, чтобы девушка прикрыла дверь в гостиную.
Разговор с гостями продолжился. Участие панны Ласоцкой прибавило неразберихи. Старик Ноэль требовал от Амалии дословного перевода. Но пока девушка пересказывала, Фрэнсис и поляки продолжали спор. Старик Ноэль потребовал, чтобы в разговоре делали паузы для переводов. Панна Ласоцкая пыталась передать его просьбу, но ее не слушали. Разговор превратился в перебранку. Однако Кирилл Карлович из переводов Амалии выяснил любопытные факты.
Гости требовали деньги за какие-то картины. В том числе и за полотно, которое стояло в сенях и доставку которого они доверили пану Зиборскому, положившись на его честность. Мусье Буржуа несколько раз напоминал о том, что накануне еще живой пан Аркадиус заверил, что они получат деньги.
Князь Полеский отвечал, что с выплатой придется подождать, и предлагал забрать картину.
Старик Ноэль потребовал оплаты наличными. В разговор вмешался Марек. Срывающимся голосом молодой пан Полеский Младший рассказал, как в дом ворвались грабители и унесли все деньги. В отчаянной схватке с разбойниками он получил рану.
Кирилл Карлович вспомнил про обещание Амалии рассказать, как жених повредил руку. Во время свидания этот вопрос вылетел из головы. Да и какое дело было князю Карачеву до ушибов Марека Полеского. Сама Амалия ни то, что о руке жениха, она о самом женихе вспомнила через силу.
Мелькнула мысль проскочить на улицу, пока панове собачились с гостями. Князь собрался было с духом. Но тут в гостиной задвигали стульями. Кирилл Карлович в третий раз взлетел на самый верх, вскарабкался на антресоль и притаился.
– Скажи им, что мы пришлем за картиной! – кричал перед уходом старик Ноэль. – Картина будет у нас, пока не заплатят! Какого черта они распаковали ее!
Князь услышал, как за гостями закрыли дверь. Панна Ласоцкая и панове Полеские стали подниматься по лестнице. Кирилл Карлович надеялся, что старый князь первым уйдет к себе. Тогда появится шанс подать знак Амалии. Юноша выглянул и увидел, что наверх поднялись все трое. Он резко пригнулся и задел таз. Раздался металлический звон. Кирилл Карлович от досады прикусил губу. Он представил себе, как он, князь Карачев, будет выглядеть перед польскими скитальцами! Позор да и только! А какими глазами посмотрит на него Воронцов! А еще держать ответ перед дядей, Евстигнеем Николаевичем!