– Зачем же мне, мусье, менять маршрут? – удивился князь Карачев.
– Выгоды здесь немного. До Гамбурга отсюда, конечно, ближе. Но потом вам придется пробыть в море лишний день. Да и от Грейт-Ярмута до Лондона путь займет больше времени, чем от Гарвича, – признал мусье Ролэн.
Во время этого разговора в глазах мадам Флоранс читалась невысказанная мольба.
– Видите ли, в Гамбурге нам предстоит расстаться, – сказал мусье Ролэн.
Он перевел смущенный взгляд на мадмуазель Амели. А мадам Флоранс взяла руку племянницы и прижала к груди.
– Мы с супругой поедем в Вену. А нашей дорогой Амели предстоит путь в Лондон, – рассказал мусье Ролэн.
Бледная девушка то и дело приподнимала голову, но не решаясь взглянуть на юного князя, потупляла взор. Но Кирилл Карлович еще слышал аромат Агнешек и снисходительно не замечал смущения мадмуазель Фоссе.
– Признаться, сердце разрывается, когда думаю о том, что Амели окажется одна на торговом судне, – продолжил мусье Ролэн. – Капитан человек порядочный. Но было бы спокойней, если бы рядом с нашей Амели оказался надежный спутник.
– Но я путешествую не один, – промолвил князь.
Мусье Ролэн вскинул руки, как сделал бы человек, который заранее все продумал, но не успел рассказать о том, как ловко он все устроил.
– О! – воскликнул он. – Ваши спутники проследуют по старому маршруту под руководством мусье Поттера. Я уверен, что они благополучно доберутся до Лондона. А мы с Флоранс, – тут мадам Ролэн выдала обворожительную улыбку, выражавшую одновременно благодарность с покорностью, – мы с Флоранс на время пути до Гамбурга поступим к вам в услужение.
Кирилл Карлович вспыхнул, а мусье Ролэн замахал руками и пылко продолжил:
– Нет-нет-нет, возражения не принимаются! Вы не должны испытывать неудобства. А в Грейт-Ярмуте вас встретят наши друзья и проводят в Лондон!
– Право, все это так неожиданно, – вымолвил князь. – Дайте мне немного времени. Я должен обдумать вашу просьбу. Утро вечера мудренее.
Поднимаясь из-за стола, Кирилл Карлович взглянул мельком на девушку. Она отвела глаза.
«Какой же скучной будет поездка в компании с этой белой мышкой, – подумал князь. – Эдакая демуазель. А мне… а мне бы сейчас „гдебмуазель“! Где они, мои Агнешки? Э-эх, было бы хорошо, если бы какой-нибудь из них, а то и обеим понадобилось в Лондон».
Девчушки в Англию не собирались, но поспешили проведать путешественника перед сном.
– Мы побудем, пока Песочный Человек не засыплет волшебным песком ваши глаза, – ворковали Агнешки.
– Гдебмуазели, – прошептал Кирилл Карлович.
Понравилось ему придуманное словечко.
Глава 3
Ворота в мир
Блистательные победы в любовной баталии на два фронта послужили превосходным средством для сна. Князь не заметил, как Песочный Человек засыпал ему глаза. Гдебмуазели на цыпочках покинули опочивальню русского путешественника.
Но едва за Агнешками закрылась дверь, как волшебный песок улетучился. Князь ворочался с боку на бок, стоически держал глаза закрытыми, но тщетно. Песочный Человек оказался халтурщиком, а Морфей и Нюкта витали в недосягаемых эмпиреях.
Кирилл Карлович вспоминал бледное личико мадмуазель Фоссе и не мог уснуть. Если бы мусье Ролэн не обратился с неожиданной просьбой, они бы разъехались назавтра в разные стороны. Князь никогда бы не вспомнил невзрачную девушку.
Но теперь юношу не отпускала тревога о мадмуазель Амели. Как она доберется до Лондона? Потом он и в Англии не успокоится, пока не узнает, что девушка доехала благополучно. А не дай бог с ней что-то случится, князь не простит себе, что отказал в помощи.
Юноша перевернулся на правый бок и взмолился, чтобы кто-то из богов сна спустился к нему с небес. Мысль о мифических эмпиреях напомнила о настоящем звездном небе. Внутри него поднялось то самое, нехорошее, волнение, о котором предупреждал старый философ.
«Делать нечего. Возьму на себя заботу о белой мышке», – решил Кирилл Карлович. Он даже не разобрал, кто же явился к нему на помощь: античный Морфей, Дрема из родных краев или Песочный Человек из местных. Через минуту князь Карачев спал крепким сном.
Французишка сноровисто грузил сундуки и саквояжи. Походные домочадцы Кирилла Карловича с неодобрением наблюдали за сборами. Однако держали свои мнения при себе. Исключением был дядька Кузьма.
– Кирилл Карлович, батюшка, на кого ты бросаешь нас! – возмущался мужик.
– Не бросаю, а оставляю с мистером Поттером. Слушайтесь его, и все будет в порядке, – отвечал князь Карачев.