«Что все это было? Как это объяснить?»
Метнула взгляд вниз. Мои туфли были испачканы в крови. Мне стоит привести себя в порядок.
«Вообще, хотелось сделать вид, что мне все показалось. Игра света и тени. Мало ли, что может почудиться в полумраке.»
Я зашла в ванную комнату и принялась намыливать балетки. Было странно наблюдать, как вода окрашивается в красный. Закончив, забрала обувь и направилась к себе. Хорошо, что у нас чисто и можно спокойно расхаживать босиком.
В спальне увидела свою соседку по комнате. Девушка сидела на кровати и красила ногти.
— Хэй, что случилось? — она бросила на меня удивленный взгляд. — Ты какая-то замученная...
Я встретилась взглядом с ее карими глазами и постаралась быстро придумать, что мне, ответить. Вайлери была моей подругой, мы давно делим комнату вместе. Она хорошая девушка. Но я не могу сказать ей правду. Не хочется, чтобы меня считали сумасшедшей. Да и поверит ли?
— Понимаешь, — начала я, а Вайлери положила баночку с лаком на свою тумбочку. — Я так заработалась в библиотеке, что случайно опрокинула стеллаж с книгами. Пришлось долго убираться.
Подруга с сомнением посмотрела на меня, явно не веря. Но вопросов задавать не стала. Ее даже не убедила моя легкая улыбка. Хмыкнув, она продолжила красить ногти, а я подошла к письменному столу. Открыв шкафчик, достала иголку с ниткой. Мне следует зашить рукав.
Когда погас свет, мы легли спать. Я долго ворочалась и не могла уснуть. В голове то и дело проскальзывали воспоминания о чердаке.
«Что это было? Как это объяснить?»
Душа терзалась в догадках. И я никак не могла найти ответы. Когда, наконец, мои веки отяжелели, мне приснился страшный сон. Я видела чьи-то алые волосы, что развевались на ветру. Слышала пронзительный шепот, что сковывал, будто лед реку. И дыхание... Такое горячее, словно было сотворено из огня.
Глава 2.
Проснулась я полностью разбитой. Глаза щипало. С трудом сдерживая зевок, потянулась в кровати. Так хотелось вернуться в царство грез, но я не могла себе этого позволить. Надо собираться на завтрак.
Когда я уже натягивала свое платье, проснулась Вайлери.
— Уже утро? — вяло спросила она.
— Самое настоящее, — отозвалась я и посмотрела на зашитый рукав.
«Словно какая-то оборванка... Интересно, со стороны будут сильно заметны стежки?»
— Скажи, — обратилась я к подруге и махнула рукой. — Ты что-нибудь видишь?
— Ты порвала платье? — ее губы расплылись в усмешке.
— Так заметно? — стало как-то грустно. Старалась же зашивать аккуратно!
— Неа, — девушка взяла расческу и стала приводить волосы в порядок. — Просто предположила. Но рада, что оказалась права.
По-детски показав ей язык, я направилась в столовую.
За завтраком девочки весело щебетали о завтрашнем празднике. Единство Семьи. Данное событие проходит каждые пять лет. В этот день все родственники собираются вместе и дарят друг другу подарки. Наверное, это замечательно встретить свою семью и провести с ними время. К сожалению, нам запрещено видеться с родителями. Ведь тогда мы сможем друг к другу привязаться, а расставаться будет тяжело. Видимо, чтобы не было проблем, существует данный запрет.
— Как я рада буду вновь получить весточку от семьи! — воскликнула Элизабет, белокурая жизнерадостная девушка.
Она действительно наслаждалась своей жизнью. И пусть нам отмерено всего двадцать лет, Элизабет не собиралась проживать их скучно. Любая шалость или озорство — было ее стихией. Девушка напоминала собой солнечный зайчик, что, не унывая скачет по полу. Это было, по-своему, мило. И как же замечательно, что семья Элизабет не отреклась от нее. Эти хорошие люди каждые пять лет пишут ей письма и присылают подарки. Наверное, они любят ее и им будет тяжело с ней прощаться.
— Мои мне только посылки шлют, — проворчала Лия. — Хотят таким образом откупиться от меня!
Я улыбнулась. По сути, это же правда. Думаю, ее семья действительно чувствует вину перед ней. Они отправили девушку на верную смерть. Был ли у них выбор? А есть ли он у нас? Мы с Лией прибыли сюда в один день и из одного города. Я чувствовала с ней родственную связь. Словно сестры.
— Хватит прохлаждаться! — строгий голос позади, заставил оторваться от тарелки с кашей и испуганно замереть.
Госпожа Паулина Мон-Торрен собственной персоной. Серьезная, чопорная женщина с которой шутки плохи. Мне кажется, она даже никогда не улыбается. Может, у нее тоже запрет? На радость. Мадам, как всегда, была в своем длинном черном платье с высоким воротом до самого подбородка. Темные волосы, затянутые на макушке настолько сильно, что даже слегка натягивали кожу. Девочки называли ее воблой, объясняя это тем, что госпожа Паулина слишком тощая и костлявая. Мне это казалось неправильным. Все-таки, я знала, как выглядит данный вид рыбы и сходства не наблюдала. Но прозвище, брошенное Элизабет, вполне прижилось.