Катаясь на мотоцикле, я крепко обнимала парня за талию. Скорость и виды ночного города зажигали мою кровь. Это был отдельный вид экстаза. Мы катались по городу вместе с его друзьями. Послышались звуки сирен. Мы нарушали скоростной режим и дорожная полиция не оставила это незамеченным.
– Держись крепче! – крикнул парень.
Я прижалась к нему, сильнее сжимая его в своих объятиях. Мотоциклисты разъехались в разные стороны. Адреналин ударил в голову. Я никогда раньше не испытывала таких сильных эмоций. Парень поехал в лес. Он выбрал дорогу, по которой не проедет машина. Дорожная полиция не погналась за нами, выбрав кого-то другого. Мы приехали к реке. Молодой человек обнял меня, улыбаясь. Река ночью выглядела иначе, чем днём. Я смотрела на речную гладь. Полиция не догнала не одного из друзей моего парня. У дорожной полиции были мотоциклы. Они иногда использовали их в погонях, но не в этот раз. Моего парня заводила погоня, как и меня. Он прижал мои бедра к себе. Я ощутила его эрекцию. На реке не было никого, кроме нас. Я сняла куртку и обнажила свою грудь. Его руки сжали её. Я дотронулась до его полового органа, сжимая его. Он припал губами к моей груди. Прохладный ветер гладил мою горячую кожу. Мы ласкали друг друга. Мне хотелось секса здесь и сейчас. Я развернулась и оперлась руками на мотоцикл. Он вошёл в меня. Ночную тишину нарушали мои стоны и плеск воды. Я выгнулась. Мои пальцы впились в сиденье. Послышался негромкий стон парня. Мы наделись. Он обнял меня и поцеловал в шею. Я улыбалась, смотря на покрытую рябью реку. Пришла пора возвращаться домой. Было три часа ночи. Я вошла в комнату и упала на кровать. Этот день был полон эмоций. Я устала и быстро заснула.
Со временем мои чувства стали притупляться. Отношения стали приносить меньше эмоций. В голове стали чаще появлялись мысли о Виле. Друг моего парня испытывал ко мне романтические чувства. Мне было приятно такое внимание, но ничего больше. Мне нужны были сильные эмоции, чтобы забыть и забыться. Наступила зима. В один из декабрьских дней я включила сенсорный телефон. Моё сердце радостно заколотилось, когда я увидела пропущенный звонок от Вила. Я хотела перезвонить, но не решалась. Что-то останавливало меня. Я думала о том, что будет, если я позвоню ему. Измениться ли что-то в нашем общении или всё останется как прежде? Пока я размышляла, зазвонил телефон. Я вздрогнула. Мне было страшно ответить на звонок и услышать его голос. Я боялась того, что он мне скажет.
– Как дела? – спросил Вил.
– Нормально. А у тебя? – поинтересовалась я. Внутри меня всё съежилось, ожидая чего-то плохого, чего-то обидного.
– Я скучал, – ответил он.
Этих слов было достаточно, чтобы я чуть не задохнулась от нахлынувших эмоций. Я счастливо улыбнулась, но ничего не ответила. Вил спросил про моего парня, и я рассказала ему о нём. Так мы вновь стали общаться каждый день. Когда мой молодой человек прикасался ко мне, когда целовал меня, я видела не его, а Вила. Я больше не могла встречаться с ним. Я закончила наши отношения, стараясь причинить как можно меньше боли молодому человеку. Он был не виноват в нашем расставании. Эта была мимолетная влюбленность, которая сгорела как спичка. Я понимала, что люблю другого человека. Бывшему парню я не говорила о своих чувствах к другому. Он думал, что в этом виноват его друг. Я объяснила ему, что мои чувства остыли. Мне было тяжело говорить ему о расставании. Я понимала его боль и от этого я сильнее чувствовала горечь расставания и свою вину. Я не хотела, чтобы друзья рассорились из-за меня. Совесть сгрызала меня. Парень пытался вернуть отношения, но после неудачи, оставил меня в покое. Мне было сложно видеться с ним. Я продолжала чувствовать свою вину. Я ранила чувства человека, и это не давало мне покоя, причиняя боль. Вил вновь стал упрекать меня. Я ожидала совершено иного от нашего общения, а всё пошло заново по старому кругу. Я начинала плохо думать о себе. Этому виной были слова Вила. Мне казалось, что я возненавижу его сильнее, чем люблю. Он продолжал употреблять наркотики, пить и говорить то, что ранило меня.