Глава 33
Больше всего Джун боялась ездить зимой, а на казенной машине она боялась вдвойне. С ней рядом находился опытный водитель. Он подсказывал Джун в дороге. Оперативник говорил не держаться слишком близко к обочине и, объяснял, как лучше тормозить на скользкой дороге. Сегодня они куда-то уехали, а я и Лидия остались в отделе. Нас никто не трогал. Мы спокойно занимались своим делом. Я размяла шею и, погрузив компьютер в режим сна, встала и размяла ноги. Лидия откинулась на кресло и улыбнулась.
– У нас сегодня лафа, – сказала она.
– Надо зайти к следователю, а то потом будут у нас задания в не очереди, – ответила я и вышла из кабинета. – Надеюсь, что у Хмурого сегодня хорошее настроение.
– Мой друг, знай, я не забуду тебя никогда, – сказала мне вслед Лидия.
Я усмехнулась. Дверка в кабинет Хмурого была приоткрыта. Я заметила следователя, лежащим на диване. Над ним стоял Рыжик. Я вошла внутрь и тихо закрыла за собой дверь. Оперативник держал в руках красный фломастер и разрисовал лицо спящего следователя. Я хихикнула. Рыжий выпрямился, положил на стол фломастер и, проходя мимо меня, приложил палец к губам. Он вышел. Я рассматривала раскрашенное лицо Хмурого. Красным фломастером была нарисована большая длинная улыбка и круглые щечки. Я, сдерживая смех, взяла фломастер и аккуратно раскрасила нос следователя. Хмурый открыл глаза. Я быстро кинула орудие преступления на стол и отошла. Следователь резко встал и достал зеркало из ящика. Он взглянул на себя и его брови взлетели вверх. Хмурый фыркнул от возмущения. Я поджимала губы, пытаясь скрыть улыбку. Следователь подошел ко мне и пристально посмотрел на меня.
– Я ничего не делала. Всё так и было, когда я зашла, – сказала я и улыбнулась.
Следователь схватил фломастер, положил руку на моё плечо и, держа меня, начал писать на моем лбу.
– Пошла вон отсюда! – резко сказал он.
Я зашла в туалет и взглянула в зеркало. На моём лбу жирными красными буквами было написано: «ДУРА». Я открыла воду и стала тереть лоб. Это не помогло. Я намылила лоб мылом, но буквы так и остались, лишь чуть-чуть потеряв цвет. Закрыв лоб рукой, я вошла в кабинет. За столом сидела Лидия и что-то жевала, напротив неё работал Рыжик. Я села за своё рабочее место и положила руки на стол. Лидия подавилась. Я посмотрела на оперативника. Он улыбался, но заметив мой взгляд, отвернулся. Я прищурилась.
– Ты поднимала Хмурому настроение? – спросила Лидия, смеясь.
Я стрельнула в неё взглядом. Дверь открылась. В кабинет вошёл следователь. Он гневно смотрел на меня, но на его лице была яркая красная улыбка. Лида прыснула со смеху и, согнувшись, начала хохотать.
– Ты и твоя подруга работаете 31 декабря с утра до полуночи! – вскрикнул следователь.
– Не волнуйтесь, вам идёт, – сказала Лидия, всё ещё смеясь.
Хмурый подошёл к ней и нарисовал на её щеках большие красные круги.
– А ты куда смотришь?! – гневно спросил он. – Опять целый день спишь?! Хорёк!
– Сегодня спал ты, – спокойно ответил оперативник, – а я занимался художественной деятельностью.
Я отвернулась, смеясь. Красное лицо Хмурого покраснело ещё сильнее. Он схватил оперативника за ворот и уставился в его глаза. Рыжий слегка улыбнулся. Следователь написал на его лбу: «БАРАН». Хмурый кинул фломастер на стол оперативника и вышел, громко захлопнув дверь за собой. Мы молчали, улыбаясь. Лидия засмеялась первая, а я подхватила. В коридоре послышался голос начальника:
– Бардак!
Мы замолчали. В кабинет вошёл начальник и посмотрел на нас. Уголки его губ потянулись вверх, но сделав серьезное лицо, начальник крикнул:
– Что за художественная самодеятельность?! Обалдели в край! Вы не в цирке работаете! Тридцать первого отвечаете за корпоратив! Шутники недоделанные! Ты, зайди ко мне! – сказал он оперативнику.
Начальник ушёл. Кабинет залился смехом. Рыжий смеялся вместе с нами, потом он ушёл в кабинет начальника, а вернувшись, дал нам указания. Я смотрела на его лоб и улыбалась. Нам было дано задание – написать новогодние поздравления для сотрудников и украсить кабинет. Нам были даны фломастеры, карандаши, краски и чистый плакат. Когда вернулась Джун, она с изумлением разглядывала наши лица. После громкого приступа смеха, Малышка принялась помогать нам.