Дверь открылась, и я вошла в квартиру. В прихожей висели вещи Джека. Я замерла. Пакет с лекарствами упал на пол. Здесь стало пусто. Казалось, что всё в этой квартире умерло. Она стала такой неуютной и холодной. Я прошла на кухню и открыла холодильник. В нём стояла еда, приготовленная дядей. Она испортилась. Я выкинула её. На глаза навернулись слёзы. Я помыла посуду и подошла к комнате дяди. Она была заперта. Я дотронулась до двери и провела рукой по дереву. Сейчас мне было неважно то, что хранилось за этой дверью. Мне хотелось, чтобы дорогой мне человек вернулся. Я дотронулась лбом до двери.
– Я люблю тебя, – сказала я. – Ты говорил, что я тебе, как дочь. Так почему ты оставил меня? А как же твой День Рождения? – я заплакала. – Как же ресторан? Почему ты не забрал меня с собой? Мне так плохо здесь без тебя.
Я села на пол, обняв колени и прижавшись к двери. Эмоции выливались наружу, стекая по щекам. Я успокоила себя и вошла в свою комнату. На кровати валялся сенсорный телефон. Я поставила его на зарядку и упала на кровать, рыдая в подушку. Зазвонил мобильник. Я умолкла, села и ответила на звонок. Это был Вил. Он не успел ничего сказать, потому что меня вновь разразили рыдания. Я рассказала ему обо всём, что случилось. Просто выговорилась. Выпустила раздирающие меня слова на него.
– Держись, – сказал Вил. – Всё будет хорошо. Ты справишься.
Я не ожидала, что Вил поддержит меня. Я была благодарна ему за это. Благодаря моим близким людям, я держалась. Я начала пить таблетки, иногда нарушая курс, пропуская день. Мне нельзя было пить алкоголь, но я понемногу опустошала дядин коньяк. Я вышла на учёбу. Практика уже закончилась. Я постепенно начинала возвращаться к привычной жизни. Джун всё ещё не выпускали из больницы. Ей было тяжело долго ходить. Она нервничала и психовала. Грэг помогал ей, оплачивая лекарственные препараты. В выходной рано утром я и Лидия навестили Джун. Мы подарили ей плюшевого пёсика. В вазе на тумбочке стоял букет цветов. Малышка обрадовалась нашему визиту. Она обняла меня и повисла на мне. Я улыбнулась. Мы рассказывали Джун об учебе.
– Меня никогда отсюда не выпустят! – возмущалась Джун.
Мы улыбались и просили её не переживать. Медицинский персонал говорил, что ещё рано. Я хмурилась, слыша их слова. Джун проводила нас. Она хотела немного прогуляться на улице. Ей разрешалось недолго гулять на территории больницы. Малышка медленно передвигалась и из-за этого сильно нервничала. Мы шли тише, подстраиваясь под неё. Джун радостно улыбнулась, выйдя на улицу.
– Скоро лето, – тихо сказала она. – Хочу вновь съездить с вами на море.
– Куда ты денешь! – воскликнула Лидия. – Ещё достанет!
Джун улыбалась. Мы обнялись на прощание и ушли. Мы молчали. Лидия угрюмо смотрела под ноги.
– Кажется всё плохо, – сказала она. – Ты знаешь что-нибудь? – спросила Лида, беспокоясь.
Я рассказала ей то, что узнала от Гая. Лидия внимательно слушала меня, и её лицо менялось, становясь всё печальнее и печальнее.
– Её ещё не парализовало. Надежда есть, – сказала Лида, но она сама не верила своим словам.
– Даже если её парализует, я буду рядом, – сказала я. – Именно ваша поддержка помогает мне сейчас.
Лидия закивала. Печаль пряталась в её глазах. Я остановилась и положила руку ей на плечо. Она улыбнулась. Сегодня я хотела съездить в Лесной. Мы попрощались. Я отправилась на автовокзал. Откинувшись на спинку сидения, я включила музыку и задумалась, грустно посматривая в окно. Я должна была успеть вернуться к определенному времени и встретиться с Микеле. Он собирался отдать мне вещи дяди. Я с волнением думала об этом. Меня пробирала дрожь. Автобус подъехал к моей остановке. Я пересела на другой транспорт и добралась до кладбища. Чем ближе я подходила к нему, тем быстрее шла. Я перешла на бег. Свежая могила. Крест. Я присела на корточки, молчала, смотря на могилы. Здесь были те, кого мне не хватало. Я легла между могилами и посмотрела на небо. Закрыв глаза, я продолжила лежать на земле. Мне было не страшно, не холодно, не одиноко. Я чувствовала спокойствие. Я повернулась на бок и положила руку на могилу Джека, так мне казалось, что я обнимаю дядю. Я провела пальцами по песку, улыбнулась и открыла глаза. Вместо дяди рядом со мной лежала кучка песка. Я заплакала, а когда выплакалась, встала и окинула взглядом могилы.