– Гай, успокой её, а то она слишком громко орет, – сказала я.
Лидия продолжала возмущаться. Гай наказал мне не пропускать прием препаратов. Он не злился и казался спокойным, но я понимала, что он переволновался. Когда Гай сел я заметила, что его ноги дрожат. Он встал, улыбнулся и ушёл на кухню курить. Лидия сделал нам те напитки, которые мы желали. Я осторожно пила горячий чай. Мика пил кофе. Гай и Лидия пили какао. Постепенно действие препаратов ослабело. Директор произнес речь. Он благодарил моего дядю за его поступок. Микеле вручил мне бархатную коробочку. В ней была посмертная медаль. Я нежно улыбнулась. В горле встал ком. Директор поблагодарил нас за приём и ушёл. Гай засобирался на работу. Он обнял меня и сказал:
– Я говорил звонить мне в любых ситуациях. Перед тем как, что-то делать позвони мне.
Я кивнула и улыбнулась. Он обулся. Я извинилась за то, что заставила переживать. Гай улыбнулся и, попрощавшись, ушёл. Я осталась наедине с Лидией. Мне пришлось долго рассказывать ей о том, что послужило причиной моего поведения. Я открыла кабинет дяди и стала собирать документы. Лидия помогала мне. Она поняла мои чувства, и сейчас была угрюма и печальна. Я положила к документам коробочку с медалью и закрыла все ящики. Ключи я решила хранить в своей комнате в разных местах. Комната дяди была закрыта. Бирку Джека я положила в коробочку к фотоальбому и подаркам. Сверху на коробку я посадила овечку. Этой ночью я и Лидия спали в одной комнате. Я не хотела, чтобы Лида спала на диване, но и она была против того, чтобы я переезжала в зал. Так у нас и повелось спать на одной кровати.
Глава 36
Я написала письма Софьи и Лизе. В них я рассказала о смерти Джека. Лиза мгновенно приехала ко мне. Она была вся в слезах. Лиза купила мне еды, сладостей и фруктов. Я и Лидия успокаивали её. Лиза плакала на плече Лиды. Я попросила Микеле связаться с Демидом и передать ему мою записку. В ней я написала о смерти дяди, рассказала, что документы о проекте Агнец не уничтожены и что я собираюсь предать их огласки. К этому я собиралась подойти не спеша и продуманно. Я собиралась показать миру содержимое документов. Люди должны знать, что за король сидит на троне и какие ужасы скрываются в этой стране. Я была уверена, что опыты продолжаются и их пособниками являются правоохранительные органы. Нужно было, чтобы все волнения в моей душе успокоились и потом заново всё обдумать. Сейчас меня заботило только одно – это то, как преподнести Джун информацию, которую я узнала о своем отце. Больше тянуть я не могла. Уже начались каникулы, и надо было решаться.
Это лето выдалось прохладным. Я накинула ветровку. Лидия надела кофту. На ней было вышито яркими буквами слова: «Самая лучшая женщина». Это был подарок её мамы. Мы подошли к дому Ганса и позвонили в звонок с видеоглазком. Через пару секунд замок щёлкнул и дверь открылась. Мы вошли в дом и спустились на лифте на 3 этаж. Нам выдали белые халаты. Я остановилась возле палаты Джун и замялась. Лидия ждала, пока я решусь. Я вошла и поприветствовала Джун. Лидия осталась в коридоре. Я хотела выглядеть улыбчиво, но у меня получилось лишь натянуть неестественную улыбку. Джун грустно взглянула на меня. Она расстроилась, увидев моё притворство. Я вздохнула и села на стул. Джун молчала, не смотря на меня. Я нервно облизнула губы и рассказала о том, что мой отец причастен к эксперименту №34. Малышка спокойно взглянула на меня и сказала:
– Я знаю.
Я сильно удивилась и какое-то время молчала. Джун смотрела на меня. Я почувствовала недовольство.
– Только я как всегда ничего не знаю! – воскликнула я. – Ты, скорее всего не хочешь общаться со мной? Я пойму это.
– Почему я должна хотеть этого? – спросила Джун. – Ты не Джон Рэнго. Ты другой человек. Ты не имеешь отношения ко всем этим экспериментам, – спокойно сказала Малышка. – Не надо чувствовать себя виноватой. Все приходят сюда с такими поникшими лицами, как будто я умираю! – воскликнула она.
У Джун был расстроенный вид. На тумбочке в вазе стоял букет свежих цветов в нежной упаковке. В палату заглянула Лидия, посмотрела на нас и тихо вошла. Она заметила цветы и спросила:
– Это тебе Шоколад принёс?
– Лучше бы он принёс свою улыбку, – вздохнула Джун. – Он приносит цветы и оплачивает лекарства, но кажется, что ему это в тягость.
На кровати Малышки лежал женский журнал и кроссворды. Она уныло взглянула на них. Ей было скучно в больнице. Состояние Джун не ухудшалось, но и не улучшалось. Врач не выписывал её из больницы. Джун с каждым днём теряла хороший настрой. Лида подошла к кровати, расстегнула халат и показала свою кофту со словами: