– Это Иисус Христос, – сказал Фома. – Он Сын Божий.
Дед Фома рассказал о том, как этот человек появился на свет и стал искупительной жертвой за грехи людей. Я задумалась и представила Иисуса на кресте.
– Смерть во имя будущей жизни. Добровольная жертва, – сказала я, поглядывая на крест на шее деда. – Скажите, что вы знаете о слове агнец. Как это слово относиться к вере?
Дед Фома рассказал, что это животное было принесено в качестве священной жертвы Господу. Агнец невероятно покорное животное и, не сопротивляясь свой участи добровольно идёт на свою смерть. Жертвы приносились за грехи или за милость. Либо искупление, либо благодарение. Чаще всего агнец ассоциируется не с животным, а с Сыном Божиим. Я понимала их сходство, но жертва Иисуса Христа была более масштабной. Я вновь взглянула на крест, но уже с другими мыслями. Это благодарность за жертву. Это память. Если такой человек и в правду существовал, люди должны быть благодарны ему и никогда не забывать о его жертве. Я вспомнила проект Джона Рэнго. Почему именно это слово? Это так ужасно. Назвать этот проект в честь такой жертвы. Это кощунство. Мои брови нахмурились. Я была расстроена, раздавлена, обессилена этими мыслями. Я понурила голову.
– И как мне обратиться за помощью к Богу, если я его не вижу? – спросила я.
– Видишь, – ответил старик. – Он везде и во всем, что дарит любовь.
Я оглядела сад, плодовые деревья и кустарники и остановила взгляд на пышных красных гвоздиках.
– Не думаю, что я пойму это, – сказала я. – Но спасибо вам.
Я попрощалась. Дедушка попросил подождать. Я вышла за калитку и стала смотреть на людей и детей. В моей голове появилась мысль, что Иисус только от сильной любви к людям мог отдать жизнь за них, за их грехи. Это трогало мое сердце.
– Мария, – позвал меня дедуля.
Я обернулась. Старик протягивал мне букет красных гвоздик. Я приняла их. Мне нравились их яркие лепестки. Я улыбнулась и поблагодарила старичка за его подарок. Мне полюбились эти цветы за их аромат и красоту. Моё настроение поднялось. Я любовалась цветами по дороге, наслаждаясь ими. Жизнь стала чуточку радостней и прекрасней. Дома я поставила цветы в вазу. Усевшись на диван, я любовалась ими. Лидия положила голову мне на колени и переключила канал. По телевизору показали принцессу Восточной Явны. Она была альбиносом. Казалось, будто она сделана из снега. По телеканалу рассказывалось о заключение брака между принцессой Восточной Явны и принцем Ирия. Свадьба должна была состояться на острове Ирии. Я подумала, что эта хрупкая девушка растает под солнцем Ирия. Нам сообщили, что свадьбу отложили. Лидия переключила телеканал. Я вновь взглянула на вазу с цветами, поднялась, убрав голову Лиды на подушку, и вошла в кабинет Джека. Оттуда я принесла фотографию в рамке и поставила рядом с цветами. На фото я и дядя стояли на горячем песке, а на заднем плане резвились дети в морской воде. Нас фотографировал мужчина. Его собака подбежала к нам и легка рядом. Это был чёрный огромный пёс с густой шерстью. Он смотрел в камеру, высунув язык от жары. Я улыбнулась, смотря на снимок. Лидия смотрела на меня.
– Скучаешь? – спросила она.
– Очень, – ответила я. – Слушай, а ты пробовала картофельные оладьи?
– Нет. Я даже о таком не слышала, – сказала Лидия.
– Я сейчас приготовлю, – сказала я, отправляясь на кухню. – Дядя готовил их пару раз. Мне они очень понравились.
Лидия помогла мне почистить картофель. Она смотрела, как я готовлю. Оладьи обжаривались, заполняя вкусным ароматом квартиру. Мы попробовали первую партию.
– Вкусно, – сказала Лида.
– Да, но у меня получилось не так как у Джека. Чего-то не хватает, – задумалась я.
– Ты просто придираешься, – улыбнулась Лидия.
Мы сели на диван с тарелкой оладий. Я принесла салфетки. По телевизору показывали мультсериал. Мы увлеклись им и смотрели его до ночи. Завтра нас ждал новый день и обычные будни. Ещё один учебный год. У Гая это был последний год. Он стоял на пороге выпуска и с не терпением ждал этого дня. Эта зима была теплее, чем в прошлом году. Я стала привыкать к ненавистной мне работе. Рожа королевского советника всё также раздражала меня. Радовало только то, что я не занималась этой незаконной работенкой не каждый день, а лишь раз в неделю. Я удивлялась тому, как принц ещё не умер от ага. Как только я начинала думать о младшем сыне короля, то сразу же ощущала отвращение, но его отец был мне противен намного больше. Он даже не пытался вылечить своего сына от зависимости. Видимо король дорожил только первым сыном. Теперь вместо Джун с нами работал молодой женатый мужчина. Сегодня мы участвовали в задержание банды. Мы помогали уже опытным оперативникам. Нам выдали бронежилеты. Я ждала команды возле стены кирпичного здания. Послышались выстрелы. Нам было сказано, не двигаться с занимаемых позиций без приказа. Из гарнитуры послышался голос. Мне нужно остановить преступника любым способом. Громкий звук. Это дверь ударилась об стену. На улицу выбежал мужчина с раненым плечом. В его руках было оружие. Я была готова к такому. Он наставил пистолет в мою сторону, а я уже нажимала на курок. Выстрел в голову. Труп. Служебные машины увозили преступников. Я села в автомобиль и только сейчас почувствовала испуг. Перед моими глазами вновь предстал тот человек. Я опять увидела, как дуло пистолета смотрит на меня. Выстрел и он мёртв. Я убила человека. Холодная волна прошлась по моему телу. Лидия подала мне воды. Я взяла бутылку. Мои пальцы дрожали. Я сделала глоток и стала жадно пить воду. После этого дня мне снились сны, в которых был звук выстрела и силуэты. Тёмный силуэт в моём сне падал намертво. Черная жижа разливалась, окутывая его тело. Сзади меня послышался выстрел. И вот я уже падала на чёрное дно. Тёплая чёрная жидкость поглощала меня. Обычно после этого момента я просыпалась в поту. Я знала, что убила преступника, но он был человеком, как и я. В любом случае, если бы не выстрелила я, то выстрелил бы он.