– Думаешь у тебя получиться отомстить мне? – спросил он.
Я смотрела на картину, снимая его на скрытую камеру. Услышав его вопрос, я усмехнулась и, не поворачивая головы, ответила:
– Я выше того, чтобы тратить свои силы на месть, но на ваших похоронах я станцую.
Начальник издал лающий смех, положил пакет на стол и сказал:
– Бери посылку, шавка.
Я спрятала пакет и с удовольствием взглянула на его избитую морду. И вновь ранний подъем, вокзал и неуютный Рог. В общественном транспорте ко мне прижимался какой-то лысый мужик. Я чувствовала его дыхание на своей коже и прикосновения рук на моих бёдрах. Я криво усмехнулась. Последнее время мужчины слишком навязчивы, всему виной весна и отсутствие нравственности и манер. Моя остановка. Я двинула мужику локтём в нос. Он отпрянул от меня с возгласом. Из его носа хлынула кровь.
– Извините, я специально, – сказала я, улыбнулась и спрыгнула на асфальт.
Мужик хотел кинуться за мной, но двери закрылись и автобус поехал. Мужчина орал сначала на меня, а потом на водителя. Я пошла к месту встречи с советником. Рюкзак я всегда носила на груди, потому что воры никогда не дремлют. Королевский советник пил в дорогом баре. Я вошла в комнату и села напротив него. Он предложил мне выпить с ним, но я отказалась. Дальше как обычно. Аг. Деньги. Съемка. Документ. Подпись.
Я отправляла Лидии книги и писала письма. В первом своём письме она написала, что у неё всё хорошо. Она работает швеей. Лидия писала о том, как ей хочется поесть картофельных оладий и сочное жареное мясо с острыми приправами. В свой выходной я отправилась за город в колонию на свидание. Меня тщательно проверили и впустили внутрь. Я передала Лидии пакет с картофельными оладьями, а так же угостила ими надзирателей. Приготовила я специально много, чтобы никого не обделить. Я села на стул. По ту сторону стеклянного окна появилась Лидия и надзиратель. Она была в тюремной форме и наручниках. Я с волнением смотрела на неё. Лидия улыбнулась мне. Я ответила улыбкой, но мои глаза заслезились и задрожали губы. У нас было немного времени. Я рассказала Лиде, как мне скучно жить без неё. Больше некому помогать мне на кухне и не с кем смотреть телевизор. Я передала Лиде слова Джун. Малышка просила вести себя хорошо и не с кем не драться. Она скучала по ней и ждала её у себя в больничной палате. Лидия улыбалась, слушая меня. Она обещала быть доброй и послушной. Лида рассказывала о своей жизни в колонии. Было непривычно, но жить можно. Лидия предполагала, что к ней будут плохо относиться, но всё оказалось с точностью наоборот. Она уже завела знакомство с некоторыми заключенными женщинами. Лидия тихо сказала, что ей передали письмо от Хмурого. Время закончилось. Мы попрощались. Я улыбнулась на прощание и ушла.
Приехав домой после свидания с Лидой, я вошла в ванну и, не снимая одежды, встала под холодный душ. Перед глазами стоял образ Лиды в тюремной форме и наручниках. Она улыбалась мне. Я хотела, чтобы её выпустили оттуда. Хотела видеть там рожу начальника, а не лицо моей подруги. Ледяная вода приводила мысли в порядок и успокаивала злые думы моего разума. Жизнь в квартире стала печальной и одинокой. Гай, не смотря на забитый график, находил время навещать мне. Приходя ко мне, он засыпал, сидя на диване. У молодого хирурга было много дел и забот. Гай днями не бывал дома и спал на работе, но не смотря на это, он любил свою работу. Я не тревожила сон друга, давая ему отдохнуть. Больше я не спала в своей комнате, а перебралась в кабинет дяди. Но я не смогла заснуть в его кровати и сидя за столом, всю ночь перечитывала его документы и письма. Я совсем позабыла о важных документах, хранящихся на Ирии. Дядя говорил, что они принадлежат мне и намекал, что существует документ подтверждающий это, но сейчас для меня были важнее дорогие мне люди, чем какие-то бумаги. Остальные дни я спала на диване. Я перестала готовить и стала покупать полуфабрикаты. Навещая Джун, я читала ей письма Лиды, даже через свои письма, она умудрялась развеселить нас. Я продолжала отправлять Лидии книги, согласно её пожеланиям. Иногда она отправляла нам стихи. Я стала читать Джун книги разных жанров, кроме художественной литературы я читала ей учебную и научную. Со временем я встретила неплохого парня. Он дарил мне цветы и подарки, но только после того как напьётся. Иногда я выпивала с ним за компанию, но после алкоголя у меня всегда болела голова и отшибало память. Врачи категорически запретили мне пить. Я попросила парня выпивать в другом месте. Этот человек скрашивал моё одиночество, но с каждым днём его общество становилось мне в тягость. Однажды на свидании с Лидией, она назвала Хмурого по имени.