Я сняла готовые бананы, выложила их на тарелки и полила медом. Взяв поднос, я поставила на него тарелки с едой и накрыла их деревянной крышкой.
– Пошли к Серафиму, – сказала я, – но если хочешь, оставайся здесь и будь голодной.
Я вышла из кухни. В комнате Серафима возле дивана стоял небольшой раскладной столик. В воздухе витал приятный аромат цитрусовых плодов. Альба принесла столовые приборы. Я поблагодарила её за это. Она улыбнулась. Приготовленный мной завтрак всем понравился. Я наслаждалась цитрусовым соком с некой горчинкой. После завтрака Альба унесла пустые тарелки. Я осталась в комнате Серафима. Он достал четыре документа. В них указывалось, что с сегодняшнего дня я становлюсь ученицей Серафима и имею право проживать здесь. Мы поставили свои роспись. Балий отдаст мне два моих экземпляра после того, как заверит документы у специалиста. Серафим стал проверять мои знания. Он начал с простых вопросов. Я легко ответила на них. Вопросы постепенно усложнялись. Серафим слушал мои ответы и записывал их в толстую тетрадь. Я заметила своё имя на её обложке.
– Заметно, что раньше ты изучала биологию, – сказал балий.
– Я хотела стать врачом, – ответила я.
– Но стремиться есть к чему, – улыбнулся он. – Ты смотрела ту книгу?
– Ещё нет.
Серафим достал с нижнего ящика папку с фотографиями растений и учебник по ботанике.
– В той книге описываются растения и их свойства, а это дополнение к ней, – Серафим отдал мне учебник и папку. – Ты принадлежишь к какой-нибудь религии? – спросил он.
– Да, к православию, – ответила я, – но я мало что знаю о христианстве. Знаю что язгинство одно из направления христианства.
– Это спорный вопрос. Одни выделяют язгинство, как новую религию, а другие относят к христианству, – сказал Серафим.
– А вы как считаете? – поинтересовалась я.
– Я считаю первый вариант более правильным, – ответил балий.
– Все жители Ирия относятся к язгинству? – спросила я.
– Больше всего верующих людей относится к православию, остальная часть приходиться на католиков и протестант, – ответил Серафим.
Я думала о словах балия. Мне было не понятно, что представляет из себя язгинство. Я молчала, думая о религии.
– Кто является последователями язгинства? – нарушила молчание я.
– Целители, – улыбнулся Серафим. – Ты и я. Мы последователи язгинства.
– Но я же отношусь к православию! – воскликнула я, удивленно смотря на балия. – Что-то я вообще ничего не понимаю. Вы меня совсем запутали! Разве я могу стать последователем Язги?
– Ты уже знаешь, что Язга – это божество исцеления. Я расскажу тебе о его появление, – сказал Серафим. – После всемирной катастрофы названой людьми Апокалипсисом, второе её название Судный день, наш мир приблизился к бездне. Земля опустела. То, что было разрушено, Бог воссоздал. И сказал Бог: да произведет Дух, земля и вода сущего сына. И стало так. Появился крылатый на земле. Сказал ему Бог: ты сущее благо, исцеляй всё, что воззовет к тебе, и проклятого услышь, – рассказывал мне балий. – Последователи Язги должны следовать этому. Мы не должны отказывать в своей помощи тому, кто нуждается в ней. Нет, неугодной жизни. Запомни это, Мэй, – серьезно сказал Серафим. – Стать последователем Язги может каждый желающий этого. Став им ты должна отдавать другим, не прося ничего взамен. Ты должна учиться бескорыстию, – улыбнулся балий. – В стены святилища может войти любой человек ищущий исцеления. Вероисповедание не имеет значение.
– Когда меня посветят в целители? – спросила я, вдохновленная рассказом балия.
– Ты готова им стать? – поинтересовался Серафим.
– Да, – ответила я.
– Тогда это произойдёт сегодня, – сказал он.
– Я хотела навестить Джун, – вспомнила я.
– Иди, – ответил Серафим. – Я приготовлю обед. Вернись до захода солнца.
– Хорошо. Спасибо вам, – я направилась к двери, остановилась и спросила. – Почему его назвали Язгой?
Серафим достал из ящика стола книгу в твёрдом зеленом переплёте.
– Это имя ему дали люди, когда увидели, как он пролетает над их головами. Это всё, что я знаю об этом, – ответил балий и протянул мне книгу. – Это Писание о Язге. Возьми.
Альба закончила все свои дела, отложила чтение учебников на потом и отправилась в больницу вместе со мной. Она улыбалась, радуюсь, что смогла отпроситься у учителя. У здания больницы стояли молодые парни. Они были одноклассниками Альбы. Она занервничала. Они заметили нас и подошли к нам. Альба не хотела разговаривать с ними.
– Вальба, ты и правда была любовницей Луи? – спросил один из них.
Я удивленно вскинула бровь. Взгляд Альбы стал колючим, как тонкие шипы.