- Честно – очень хотелось, - сообщила ей Аня и посмотрела на мужчин. – Большое спасибо за то, что вернули девочку. Пожалуйста, примите это в знак благодарности.
И раздала всем троим углежогам-грузчикам (а что это именно углежоги – было ясно при одном взгляде на их одежду и лица) по несколько монет. Вопросительно взглянула на полицейского, но тот лишь улыбнулся и пошёл к своей лошади. Аня сначала пошла за ним – напомнить, что в участке лежит заявление, а значит, по указанным там адресам надо бы утром предупредить, что девочка нашлась, а затем, напомнив, вновь вернулась к телеге.
- Ну что, Лисса? Идём домой?
- На, - деловито сунула ей щенка девочка, а потом вцепилась обеими руками в то, что в первые мгновения показалось Ане кучей тряпья.
В первые секунды, увидев щенка на руках малышки, Ане почудилось, что щенок домашний – такой толстенький и пушистый, несмотря на явную дворянскую породу. Но, когда она взяла его в руки, почувствовала, как мурашки пробежались по спине: да у него кожа да кости, спрятанные под пушистой шерстью!
От потрясения Аню отвлекло странное поскуливание. Подошедший Никас заглянул в телегу, где копошилась с чем-то Лисса, хмыкнул и предложил:
- Лисса, давай-ка я сам её вытащу!
И первым делом за подмышки спустил на землю девочку. Лисса немедленно ухватилась за край палантина, свисающий возле руки Ани, а Никас чуть не всем телом склонился над телегой и легко поднял с неё что-то мешковатое, после чего опустил возле колеса жуткую собаку, мгновенно, едва не придушив, перехватив за верёвку животное, съёжившееся, собираясь сбежать.
Полицейский, приподняв над головой подобие шлема, попрощался со слегка обалдевшими хозяевами и первым двинулся к воротам. Затем закряхтела телега следом за понукаемой понурой лошадью, а с неё трое облагодетельствованных грузчиков радостно помахали руками и хозяевам, и Лиссе.
Щенок на руках Ани вздохнул. И его едва слышный вздох наконец заставил её действовать.
- Никас, ты сумеешь затащить собаку в гостиную?
- Если только не за верёвку – придушу, - с сомнением ответил брат. – Ладно, возьму её за загривок – доведу. Она не настолько сильна – очень уж оголодала.
Аня бросила взгляд на собаку. Лисса уже не командовала и не требовала, а со страхом всматривалась в лица взрослых.
- Идём, - решила Аня. – Лисса, не бойся – собачек оставим при себе.
Хотя в душе ужасалась: целая ночь будет потрачена на то, чтобы отмыть этих вероятных приблуд. Всех троих. Грязными она не собиралась оставлять их до утра – особенно Лиссу. Да и собаки… А вдруг они заразные? И уж точно на них полно всякой мелкой живности, которая может перескочить на детей!.. Но она обещала однажды Лиссе, что у неё будет собачка! Аня искоса посмотрела на «собачку», которую вёл к дверям Никас. Мда… Представлялось нечто вроде аристократичного белого облачка, как Коан у Конгали. А тут… Собака почуяла взгляд со стороны, затравленно взглянула на Аню и тихонько взвыла.
- Ничего, ничего, всё будет замечательно, - вздохнула та, одной рукой держа щенка и думая, не семью ли собачью она берёт в дом.
А ведь, если не полностью вымыть, так ещё хотя бы надо умыть Лиссу! Судя по замызганному, чумазому личику малышки, она наверняка долгое время сегодня пряталась в угольных кучах. Да как она вообще туда попала?! Ну, Партхланы!
В гостиной они остановились. Никас прикрутил верёвку к ножке тяжёлого стула и пошёл закрыть входную дверь. Немного растерянная Аня решала, с чего начать внедрение Лиссы в её комнату и адаптацию животин к жизни в доме.
- С чего начнём? – тоже спросил вернувшийся Никас, с сожалением глядя на грязную компанию, среди которой только щенок уже бессовестно дрых, видимо, потому что попал в тёплое место. Собака же жалобно посматривала на хозяев дома, которые всё никак не могли определиться, что делать дальше. Наконец Аня пришла к решению.
- Никас, мы все запрёмся в ванной комнате. Ты иди спать, а мы отмоемся, и я отведу всех по местам.
И тут же неуверенно взглянула на собачье семейство: Лиссу-то понятно – куда отвести. А собак где оставить? Запереть в одной из пустых комнат? Но вдруг завоют? Оставить в таком месте, где им можно предложить поесть и…
И вот тут Аня спохватилась.
- Лисса, ты голодная?
- Меня эти дяденьки накормили, - зевая, сказала малышка. – Я спать пойду.
- Куда! – успел поймать её за руку Никас. – Сначала умываться!
- Я не хочу умываться! Я спать хочу!
- Не обсуждается, - железным тоном проговорила Аня. – После твоего спанья постель будет не отстирать. Так что идём все в ванную комнату! Никас, ты провожаешь нас и уходишь спать! Тебе завтра на работу!