За час до приезда братьев Аня проверила, всё ли готово к ужину.
Когда она была в столовой, оглядывая стол с готовыми приборами, к ней подошла Онора и, помешкав, спросила:
- Агни, мне кажется, ты очень встревожена. Это из-за Лиссы?
Какое счастье, что Лисса сбежала из родительского дома!
- Да, это из-за Лиссы, - ответила Аня.
- Но ведь вроде ты говорила, что с её жизнью в нашем доме выходит всё хорошо?
- Я всё равно волнуюсь, - вздохнула Аня.
- Это понятно, - уже задумчиво произнесла Онора. – Только вот странно, что при волнении ты как-то необычно выглядишь. Ну… магически. У тебя совсем изменилась магическая составляющая твоей структуры тела. Я никогда ещё такого не видела.
Испугавшись, что Онора по этим составляющим, которые для неё, Ани, самой – лес дремучий, может догадаться, что хозяйка дома тревожится именно из-за неё, Аня попросила, переводя мысли девушки на иное:
- Посмотри-ка на часы, Онора. Сколько там ещё до приезда братьев осталось?
Девушка выглянула из столовой в гостиную и сообщила:
- Если их ничего не задержит, они будут через двадцать минут.
- Онора, я попрошу тебя проследить за младшими. Что-то мне захотелось немного погулять на свежем воздухе.
Врать не хотелось, но что делать-то? По-другому никак.
- Конечно, выйди, Агни! Только оденься лучше. Даже из окна на улицу посмотреть – и то холодно, - улыбнулась та.
Аня кивнула ей и вышла из столовой залы. У входной двери в дом она не только переобулась, но и надела пальто, а поверх накинула всё тот же палантин, вызвав радостную улыбку Кристал. И вышла. Медленно, стараясь не показать, что спешит, она двинулась в сторону ворот. «Как мне тебя не хватает, Таеган, - в который раз думала она об одной своей печали. – Был бы ты рядом, не пришлось бы ждать Никаса…»
Добрела до ворот и начала кругами ходить рядом с ними, чтобы не замёрзнуть в ожидании. Ветер и впрямь был такой, что здесь, на открытом месте, становилось всё холодней и холодней. Кажется, ближе к ночи снова пойдёт снег. А пока ветер студил дорогу и кусты, выдувая из них последние следы влаги. И опять Аня задумалась о том, что маловато хорошей, зимней одежды и у старшего брата, а тем более – у двойняшек. Тем более – двойняшки учатся в школе, где, как уже знала Аня, одноклассники очень даже обращают внимание на то, кто как одет. А где взять деньги… Надо нажать сильней на Никаса, чтобы он всё же нашёл посредников для продажи кукол.
На взгорке показалось ландо. Аня подошла к воротам и потрогала мёрзлые кованые «дубовые листья». И усмехнулась. «Терпеть не могу вязать варежки и перчатки! А надо. А придётся. Ничего. Перетерплю своё «не могу»!»
Чтобы братья не подумали, что она встречает их плохими новостями, Аня уже издалека начала махать им руками.
Проехав ворота, ландо остановилось, и Аня попросила:
- Никас, погуляй со мной до дома. Надо обсудить хозяйственные вопросы.
Пароль «хозяйственные вопросы» старший брат понял правильно. Отдав поводья Кегану, он спрыгнул из ландо и приблизился к Ане.
- Поезжайте! – скомандовал он двойняшкам. – А мы прогуляемся.
И, когда ландо быстро покатилось к дому, обернулся к Ане.
- Ты пугаешь меня. Что ещё случилось?
- Тебе хорошо… - мрачно сказала Аня. – По времени ты будешь пугаться меньше моего. А я тут уже места себе не нахожу, не знаю, что делать. Учти, Никас. Мы сейчас поужинаем и сразу, прихватив с собой Онору, поедем к дайне Эннис.
- Что-о? Зачем это ещё к ней?
- Никас, у нас проблема пострашней тех, что были. И решать её придётся быстро. Ах, как жаль, что Таегана нет с нами! – прорвался-таки вопль души.
Никас молча предложил ей руку и повёл к дому.
- Рассказывай.
Глава 8
К крыльцу дома брат и сестра шли бесконечно долго, не замечая холода (впрочем, одеты были оба довольно тепло): то брели, будто и в самом деле прогуливались, то останавливались, чтобы уточнить и обсудить детали.
Аня досконально рассказала Никасу не только о визите дина Лугуса, но и о своих мыслях, как поддержать Онору, если событие начнёт стремиться к худшему варианту. Сначала старший брат погрузился в ожидаемое Аней отчаяние, но под конец разговора, когда им осталось подняться по ступеням лестницы к крыльцу, он уже хоть и медленно, всё ещё осмысляя, но выговорил: