- Мы собираемся на озеро! – объявила Аня, подходя к столику и критически разглядывая распоротые Кристал части платья.
Она-то думала – девочки обрадуются, сразу побегут в свои комнаты – искать, что взять с собой на пляж.
Лисса – да, обрадовалась. А Кристал почему-то насупилась и глубоко вздохнула. Подозревая причину, Аня не стала говорить ей ничего, а просто взяла самый большой лоскут и кусочком мыла расчертила на нём детали. Огляделась в поисках ножниц. Так, маленькие у Лиссы, а где средние?
- Что ты ищешь? – Хмурость Кристал сменилась любопытством.
- Ножницы.
- Вот.
После краткого диалога Кристал, загоревшаяся интересом, пристально начала следить за руками Ани. А та быстро нарезала детали, которые тут же поместила в полюбившуюся ей «пляжную» корзину. Туда же положила мешочек с нитками и иглами.
- Зачем? – спросила девочка, чьи глаза оживлялись с каждым новым движением старшей сестры.
- Начну шить твою куклу на озере, - объяснила Аня, краем глаза примечая, как счастливое выражение словно живым ветром обвеяло лицо Кристал.
- А ты разве… купаться не будешь?
Аня представила, как входит в воду, как поднимает руки. Ой, руки… Ой, мышцы…
- Я пока подожду некоторое время. Со вчерашнего дня руки всё ещё болят.
Лисса как раз отвернулась, так что Аня просто кивнула Кристал на малышку, напоминая свою сумасшедшую гонку по воде, чтобы спасти младшую сестрёнку. Кристал в ответ поспешно закивала: «Я поняла! Поняла!»
И снова тёплой и болтливой компанией они пошли по садовым дорожкам к озеру. Причём Аня успевала откликаться на все вопросы и рассказы младших и одновременно поспешно отводить взгляд, который, забывшись, слишком пристально направляла на другой берег озера – туда, где в седовато-зелёных ивовых кущах прятались невидимые отсюда решётки забора вокруг поместья. Шла и удивлялась: «Что это со мной? Я как будто боюсь, что он появится… И боюсь, что он не появится… Глупости какие…» Но руки порой подрагивали, когда ветер отводил ивовые ветви от воды – и казалось, что какая-то тёмная фигура стоит под деревьями…
Они спустились к купальной беседке, и братья и сёстры разбежались по её комнатушкам, в то время как Аня сразу пошла к мосткам со своей корзиной. Ступив на эти мостки, она невольно посмотрела на то место, где ночью сидела сама, где с ней сидел Таеган. И поймала себя на мысли, что ищет на досках ночной след присутствия их двоих. Ошарашенно усмехнулась: прошла половина суток, а она ждёт, что на мостках останется что-то? Мда, неуёмная фантазёрка и впрямь сидела в ней все эти годы… Подтянув до коленей штанины, чтобы не намочить, и присаживаясь так, чтобы снова опустить ноги в прогретую воду, мягко ласкающую кожу, Аня с затаённой нежностью вспомнила негромкий голос Таегана и свой шёпот над озёрной водой и смущённо улыбнулась…
Мимо мостков пробежали двойняшки и с радостными воплями бросились в воду, следом поспешил Никас. Он прыгнул чуть дальше от младших братьев и сразу поплыл на середину озера. Ещё чуть позже к Ане присоединились девочки, которые, впрочем, вскоре убежали, чтобы побродить сначала по берегу, а потом зайти поглубже.
Аня заткнула свою неуёмную фантазию и принялась за дело. Она себе дала задание за «пляжное» время сшить туловище и две детали – кукольные руки. Работа поглотила всё её внимание, так что она только время от времени встревоженно поднимала от шитья голову и обводила воду ищущими глазами. Но с детьми всё было хорошо, двойняшки тоже незаметно следили за сёстрами, и она вновь успокоенно шила куклу, размышляя о том, какой наряд придумать для неё.
… Сначала она решила, что один из братьев-двойняшек помчался за Никасом и теперь возвращается с ним на берег. Но этот пловец плыл слишком мощно для подростка. Он даже обгонял Никаса, который тщетно пытался плыть на одном уровне с ним. Аня облизала пересохшие от зачастившего дыхания губы и мысленно взяла себя за шкирку и пригнула к работе. «Ничего не вижу, ничего не слышу! Я работаю!»
Но двое уже выходили на «их» берег, на первый взгляд – легко, но внушительно расталкивая ногами воду. Аня невольно встала. Она хозяйка – ей приветствовать соседа.
Вид рубахи, облепившей его тело, и его несколько нервное движение, когда он машинально собирал горстью воду с лица и стряхивал её в сторону, заставили крепко сжать пальцы на витой ручке корзины, чтобы не было заметно, что они дрожат. Никас и не заметил, но сумрачный сосед бросил только один взгляд на предмет, который Аня могла бы и оставить на мостках, раз лишь отвлекшись от работы, чтобы приветствовать его. И Таеган внезапно чуть приподнял подбородок, насторожившись, словно хищник, почуявший на привычной тропе нечто тревожное.