- Мне на почту отправили переписку Таля и его компаньона - Егора Снегурочкина. Почитайте, очень интересная вещичка, - Анисименко передал телефон Язве и Толстолобову.
Игнат насмешливо ухмыльнулся, вчитался в строки, и совсем скоро улыбочка соскочила с его лица. Язва достаточно долго проработал с Анисименко, поэтому сразу серьёзно воспринял слова друга. Его низкий облепленный родинками, как клейкая лента мушиными лапками, лоб нахмурился, а пухлые щёки надулись.
- Изумительно, изумительная семейка! Неужто мы получим надбавку? Сань, срочно, пробей по своим базам этого Таля. С чего-то ведь жёнушка взъелась? Хм, или не жёнушка. Кажется, его мамаша живёт в соседнем городке. Пробью-ка я, а ты, Игнатушка, посиди, отдохни, всё равно бесполезен, - в глубоких голубых глазах проскользнула сдерживаемая насмешка.
Глаза Толстолобова покраснели, став тёмно-оранжевыми, его вены вздулись, а лицо посинело от напряжения. Этот мужчина был слишком невыносим из-за вечно рвущегося наружу гнева. Наверное, именно поэтому работа - единственное утешение его жизни.
- Тихо! - сдавленно, будто ему прищемили мизинец, прошипел Анисименко. - Хукыжкин прислал:" Сегодня, в два часа сорок пять минут скончалась Ангелина Цвилити. Инфаркт".
- О! Я знаю, что нам нужно делать!
Игнат долго с подозрением смотрел на Конона, но тот, совершенно не обращая внимания на спасительные сигналы от Александра, продолжил как ни в чём не бывало:
- Нужно выпить и тогда точно что-нибудь придумаем.
- Нельзя - проверка, - скривился Игнат. Его лицо передавало всю гамму испытываемых чувств по поводу этой "проверки", когда генерал и проверяющий запирались в своём кабинете, время от времени рыскали по кабинетам и отнимали всё съестное - своё к тому времени оказывалось в толстых животах, за которыми и видеть-то было трудновато, а выпивку умные полицейские заблаговременно прятали по тонким чемоданам.
"Пилим-пилим-пум! Раскрой и прочитай меня, мой мальчик".
Глава 3.
Глава 3. Разыгралась буря.
- Это что ещё за текст? - расхохотался доктор. - Неужели ты настолько редко бываешь с женщинами?
- Кто есть из знакомых Цвилити или его мамашки? - не обратил внимания на насмешку Анисименко. Его тело вытянулось трубой, сам он резко подскочил, что челюсти с громким щелчком стукнулись друг о друга.
Толстолобов хмыкнул, закинул ноги на один из низких деревянных столиков, которые стояли во всех кабинетах, столкнул вазу с искусственными цветами, что обычно дарили на праздники, и прикрыл глаза, облокотившись о мягкий компьютерный столик.
"Это надолго, — подумалось ему, — зато меня тревожить не будут", — удовлетворённо хмыкнул он и блаженно засопел.
- Игнат! Хватит балду гонять!
- Да, Игнаша, чего это ты разлёгся? Видишь, у него штаны от нетерпения загорелись. Моторчик завёлся, — гаденько улыбнулся Язва и со свистом удалился в коридор. Анисименко поражённо заткнулся, но через пару минут изумлённой тишины продолжил:
- Игнат, ты пойди-ка к этому Синичкину, а я соседку навещу. Что же это за таинственный отправитель? Хорош он в информации, знает много, а такие долго не живут. Не хотелось бы потерять его...
- Что ты там бубнишь под нос? Если ещё что-то сказать хочешь, так говори! Или я еду. Не хочу сегодня задерживаться. У меня и свои дела есть, — раздражённо заметил Толстолобов и, не собираясь выслушивать, быстро вышел вон.
- Каким же он бывает... Тц... - в свою очередь отозвался Анисименко и не торопясь покинул помещение. Предварительно закрыв кабинет, он неспешно побрёл по белым, как в психушке, коридорах. Туда-сюда сновали сотрудники доблестной полиции, толстопузые начальники раздавали указания, закусывая бутербродом, а фигуристо-губастые секретарши бегали по коридорам, покачиваясь, как неваляшки, на высоченных каблуках, остальные сотрудники что-то кричали, печатали, выискивали информацию, в общем, работали. Ничего никогда не меняется.
---
- Вы утверждаете, что Ангелина Цвилити имела удивительное здоровье и накануне смерти чувствовала себя боле чем хорошо?
- Именно это я сказала. Геля для своего возраста отличалась поворотливостью, скоростью, всегда везде успевала и всё знала. Шустрая была. Ох, горе-то какое! Милой женщиной была, доброй, отзывчивой, всегда кошечек и собачек, будь они неладны, кормила и помогала соседушкам, чем могла. Мне вот, на днях, перец принесла, а я с ней яблочками поделилась. Участок-то у неё без яблонек больших, а маленькие дорасти не успели, года четыре-то назад посажены были... - не на шутку разошлась старуха, но пытливого лейтенанта очень заинтересовали слова бабы Зои.