— Да, Мэм, — коротко ответил госсекретарь. — Что-что, а пыль в глаза мы пускать умеем.
Западное побережье Мексики.
Недалеко от Пуэрто Валарта.
Асьенда Кроуфордов.
24 января 2030 года.
Ужасно капризный плюшевый панда никак не хотел укладываться спать. Он недовольно ворчал, ворочался и строил смешные гримасы.
— Ну же, не будь таким врединой. Тебе надо поспать, — назидательным тоном сказала маленькая девочка, поправляя мягкую подушку под головой медведя.
— Хочу гуля-я-ять, — хныкающим голосом проговорила электронная игрушка.
— Мы уже гуляли. Теперь время спать. Давай я тебе включу твою любимую песенку про маленьких осликов.
— Дава-а-й, — отозвался медвежонок и широко улыбнулся.
Сделав строгое лицо, чтобы медвежонок понял всю серьезность ее намерений, девочка дотронулась до электронного браслета. В комнате тихо зазвучала колыбельная. Глаза панды начали потихоньку закрываться, и он тихо засопел.
— Хороший панда, — прошептала девочка и, укрыв игрушку небольшим шерстяным пледом, тихо ступая, вышла из комнаты.
— Ну что, малышка? Флафи опять капризничал? — оторвав взгляд от книги, спросила, сидевшая у камина, пожилая воспитательница.
— Ага. Он совсем не хочет спать.
— Ты недовольна?
— Не-а, — малышка затрясла головой, разбросав по плечам пушистые кудряшки светлых волос.
— А себя вспомни. Тебя тоже не уложить в постель днем. Ты тоже капризничаешь, а значит тобой тоже недовольны.
— Дедушка говорит, что я уже большая. Мне целых пять лет, — малышка выставила вперед ладошку с растопыренными пальцами. — А Флафи еще совсем маленький медвежонок. Ему надо спать. А где дедушка? Он разве не прилетел с теми дядями на вертолете.
— Ох, — шумно вздохнула воспитательница и прижала девочку к себе. — Тебе лучше спросить у мамы.
— Хорошо! — малышка вырвалась из объятий воспитательницы и, подпрыгивая, побежала к двери.
— Постой, мама сейчас занята! — прокричала вслед женщина, поднимаясь с кресла.
В гостиной вместе с мамой находились трое незнакомых мужчин одетых темно-серые костюмы. Один из них настраивал какой-то прибор, установленный на журнальном столике.
— Хелли, девочка моя, я же просила тебя побыть в своей комнате.
— Ну почему же, — ласково улыбнувшись, сказал один из гостей, сидевший в кресле напротив мамы. — Маленькая Хелли нам совсем не помешает.
— Вы не посмеете тронуть ребенка, — громко сказала мама. — Если я только подумаю что-то плохое, охрана вас разорвет на части и скормит местным блохастым койотам. Я уже жалею, что они не сбили ваш чертов вертолет на подлете к асьенде, как приказывал отец.
— Ну, что вы, мэм. — развел руками мужчина. — Нейрополиграф — стандартная процедура, для членов семей после смерти государственного чиновника верхнего эшелона. Я еще раз приношу свои извинения. Мы все это делаем по просьбе президента. Она ведь лично принесла вам соболезнования.
— Иди ко мне, малышка, — мама раскрыла руки, и девочка забралась к ней на колени.
— Эти дяди похожи на тех, с которыми работал дедушка Рэй? А где он? — спросила девочка, пряча лицо в маминой груди.
— Дедушка нас оставил, моя маленькая, — сказала женщина и прижала дочку к себе. — Он ушел на небо. Туда, куда уходят все, кто уже достаточно долго прожил здесь на земле.
— И Флафи тоже уйдет на небо? — пролепетала малышка.
— И Флафи тоже. Но это будет нескоро. Очень нескоро.
— А теперь мы дедушку Рэя больше не увидим?
— Нет, малышка, больше не увидим.
— А ему там будет хорошо? На небе?
— Да, моя радость, ему там будет хорошо, — мама сняла девочку с колен и бросила злой взгляд на гостей. — А теперь, будь хорошей девочкой, иди в свою комнату к Флафи. Нам с дядями надо поговорить.
— Хорошо, — малышка звонко чмокнула маму в щеку и побежала к двери.
— Миссис Кроуфорд, поверьте, мы искренне соболезнуем и сочувствуем вам и всей вашей семье. Америка понесла тяжелую утрату. Мы все потрясены… — начал было сидевший в кресле мужчина, когда девочка выбежала из гостиной.
— Да бросьте вы! Я с самого начала говорила отцу не ввязываться в то дерьмо, что твориться дома, если он хочет еще немного пожить.
— Он был настоящим патриотом Америки.