Так мы и уснули, лежа в кузове Форда и прижавшись друг к другу, словно дети, ищущие утешения. Было 3 утра, когда я сомкнула глаза под размеренное дыхание парня.
8.
Я проснулась от того, что мне было совсем нечем пошевелить. Все мое тело затекло и ныло, а под спиной образовался, кажется, Ниагарский водопад. Я поняла причину моей излишней потливости и невозможности повернуться на бок, когда открыла глаза, и мне в лицо сразу ударили яркие лучи солнца. Томми лежал рядом со мной, крепко обхватив меня руками и положив свою голову мне на грудь. Одна его нога была закинута на меня, что полностью сковывало мое движение. Его лицо выражало полное умиротворение, а губы были слегка приоткрыты; растрепанные кудри парня щекотали мой подбородок, и я легонько провела по ним пальцами, убирая их в сторону, и услышала, как Том промычал что-то невнятное, поежился и уткнулся носом в мою шею, шумно вздохнув при этом. Он был таким расслабленным и по-детски наивным прямо сейчас, что у меня невольно сжалось сердце. Этим парнем всегда хотелось любоваться, он был словно инопланетянин: слишком нереальным для этой планеты. И я совсем не представляла его таким, каким его расписали передо мной Армин с Ноланом, и дико желала услышать правду от него самого, но не считала правильным торопить парня, раз он был не готов мне открыться. Я просто знала, что общество выставляло его совсем другим, нежели он был на самом деле, как, в прочем, и меня, и этим мы были похожи.
И хотя мне было безумно приятно находиться в такой близости с Томом, я попыталась аккуратно высвободиться из его крепкой хватки, чтобы дотянуться до телефона, лежащего в сумке, и посмотреть на время. Судя по всему, было около 11 утра, и я понимала, что не успела на занятия, поэтому из моей груди вырвался довольно громкий нервный стон.
Черт. Родители убьют меня!
Я резко вскочила, пытаясь, наконец, добраться до телефона, из-за чего Том недовольно заерзал и все-таки проснулся.
– Я представлял себе доброе утро немного иначе, чем быть почти выброшенным за борт своей машины, – слегка хриплый ото сна голос послышался сзади меня, когда я истерично вытрясала сумку, чтобы найти в ней хоть что-то близко похожее на средство связи.
– Я тоже представляла его себе чуточку другим, чем быть прижатой твоим огромным жарким телом без единой возможности пошевелиться, словно я килька в консервной банке, – я пробубнила в ответ, чем слегка рассмешила парня.
– Да брось. Все было совсем не так.
– Точно. Плохое сравнение. Я была больше похожа на твоего игрушечного медведя, чем на рыбу в жестянке.
Том закатил глаза и зевнул, прочесывая длинными пальцами свои спутанные кудри.
– Я не сплю с игрушечным медведем. У меня его вообще нет! – проворчал он. – Что ты там ищешь? – парень поинтересовался после.
– Упущенное время, чтобы посмотреть насколько сильно я влипла.
– Ох, что, хорошая девочка прогуляла школу? – Том ехидно ухмыльнулся.
– Лучше просто помоги мне найти этот чертов телефон, Эванз! – я была слишком зла сейчас, чтобы перекидываться с Томом язвительными шуточками.
– Ты точно уверена, что положила его в сумку?
– Абсолютно уверена, – я раздраженно потерла пальцами виски и прикрыла глаза, стараясь успокоиться.
– Хорошо. Дай мне свой номер, – Том внезапно предложил.
– Что? – мое умение впадать в ступор, когда мне задавали вопросы, было активировано.
– Номер телефона, Бэбби, дай его мне. Я позвоню, чтобы понять, где он находится.
Я хотела мысленно ударить себя по лбу за такие редкостные тупость и тугодумие.
– Эм, да, конечно. Записывай.
Я продиктовала Тому номер, и мы резко затихли, прислушиваясь. Через несколько секунд послышалось еле слышное пиликанье, и я недоуменно посмотрела на парня, который, кажется, догадался, откуда исходил звук.
Том аккуратно выпрыгнул из кузова, не сбрасывая звонок, и залез в салон, где, пошарив под сидениями, нашел разрывающийся от звонка мобильник.
– С каких пор салон моего автомобиля стал твоей сумкой? – Эванз приподнял одну бровь, явно насмехаясь надо мной.
Я пожала плечами и прикусила губу, понимая, что действительно сглупила, когда парень с улыбкой протянул мне телефон.
15 пропущенных от Шарлотты, 30 от Армина и 17 от мамы.
Черт, мама!
Это был почти верх черты. Та самая черта, когда 10 звонков и тебе попадает, но не так сильно для того, чтобы составлять завещание, и 20, когда тебе точно полная крышка. До рубежа мне не хватало 3 чертовых звонков, но это мало радовало сейчас, потому что мне в любом случае был конец.