– Это уже неважно, – я отвернулась от парня и уставилась в пол, прежде чем и вовсе опустилась на него, опираясь спиной об кровать, стоящую позади.
– Эй, – Том сделал размашистый шаг ко мне, садясь рядом, – что случилось?
Ты случился, черт возьми!
– Не знаю, – честно ответила я и глубоко вздохнула. – У тебя когда-нибудь было такое чувство, что хотелось все бросить и сбежать? Я имею в виду, насовсем, далеко-далеко, где тебя не знает никто. Начать все заново?
Томми внимательно слушал, понимающе сжав мою ладонь в своей, из-за чего я, чуть было, не сбилась с мыслей, когда продолжила.
– Мне так надоело, что за меня все вечно решают! – я вырвала свою руку из его теплой ладони, когда начала активно ей размахивать.
– Правда, буквально все, вплоть до цвета туалетной бумаги, которой мне пользоваться!
Том не удержался и хихикнул.
– Не будь таким противным, я серьезно! – я обиженно стукнула его плечу, в ответ на что услышала короткое «ауч» с его стороны.
– Прости, – я виновато потупила взгляд, пока парень потирал больное место свободной рукой. – Просто… Знаешь, я всю свою жизнь принимала это, но лишь после встречи с тобой решилась заговорить об этом вслух, не держать все в себе. Ты действительно меняешь меня, Том, учишь не бояться быть собой. Поэтому мысли о собственных желаниях теперь не кажутся мне такими абсурдными, какими казались прежде. Но я по– прежнему не решаюсь сказать родителям о своих желаниях. Например, даже о том, что не хочу поступать в этот чертов Оксфорд. И это действительно разрывает меня на части.
Уголки губ парня приподнялись, и он снова издал тихий смешок.
– Вплоть до цвета туалетной бумаги? – он вопросительно приподнял левую бровь.
– Не смейся! Я не шучу!
– По-моему, ты просто слишком драматизируешь.
– О, поверь, ты просто не знаешь моих родителей, – я хмыкнула, но тоже слегка улыбнулась ему.
– Я уверен, что все не так уж и плохо, Бэбби, – я раздраженно закатила глаза, потому что снова услышала это дурацкое прозвище. Он был невыносим!
– Все зависит от тебя и от того, как ты относишься к жизни и ее обстоятельствам.
Я отрицательно закачала головой, стараясь доказать парню свою позицию.
– Нет, ты не понимаешь!
– Бэбби…
– В прочем, забудь, я не знаю, зачем вообще говорю все это тебе, – я истерично перебила Тома, потому что чувствовала, что обида комом подступала к горлу, а плакать перед ним мне совсем не хотелось.
– Бэб, – его тихий хриплый голос послал мурашки по моему телу. Он буквально во второй раз назвал меня моим именем, не коверкая и не издеваясь над ним, и оно звучало так чертовски красиво из его уст. Я с трудом решилась посмотреть на него, боясь, что смогу утонуть в его волнующем взгляде. Парень чуть закусил нижнюю губу и нахмурил лоб, образуя складку между бровей.
– Я хотел сказать, что тебе непременно стоит сказать родителям об этом, постараться убедить их в своем желании. Поверь, если ты обоснуешь им свой выбор, они, возможно, смогут тебя понять. В конце концов, не попробуешь – не узнаешь, тебе ведь нечего терять.
Я вновь отрицательно покачала головой. Слишком упрямая.
– Господи! – Томми громко выдохнул, – Бэб, жизнь чертовски коротка, и нужно проживать каждый день, словно он последний. Не бойся рисковать!
Я молча уставилась на парня, слегка ошарашенная резким повышением его голоса.
– Ты сказала, я меняю тебя. Так воспользуйся этим. Покажи всем себя настоящую. Это твое тело и твои мысли, и они имеют полное право на выход из твоей головы, они имеют право быть, существовать за ее пределами.
Мои ресницы пораженно трепетали от частого моргания. Том был определенно прав, и я отлично понимала это, но ничего не могла поделать со своими внутренними страхами, которые полностью сковывали меня словно тяжелые железные кандалы.
– Скажи, чего ты хочешь прямо сейчас? – Томми внезапно спросил.
– Прямо сейчас? – я непонимающе переспросила.
– Да. Прямо сейчас.
– Находиться где-нибудь, где я смогу быть собой, а не притворяться кем-то, кем не являюсь, – я ответила, не на секунду не задумавшись.
– Отлично, – шатен поднялся с пола, протягивая мне руку, – идем.
Мои глаза удивленно расширились, и я недоверчиво посмотрела на парня.
– Куда?
– В это твое «другое место».
– Что? Нет, я не… я не могу… – я испуганно затараторила, чуть отползая от парня.
– Почему? – Том выжидающе посмотрел на меня, когда я встала в паре метров от него.
– Потому что, мне нужно быть на благотворительном вечере родителей.
– Тебе все равно когда-нибудь придется научиться рисковать, – он пожал плечами.